uzluga.ru
добавить свой файл
Новые книги


Чтобы больше не быть привидением


Благодаря Борису Цирюльнику слово “резилиенция” прочно вошло во французский язык. Речь идет о способности человека вернуться к жизни после глубокой психологической раны или травматизма. В своей новой книге “Шепот привидения” Цирюльник обращается к подсознательным стратегиям в процессе выхода из травматизма. Ребенок, чья психика пострадала от расставания с взрослыми или от родительского развода, изнасилования или инцеста, может восстановить свою личность благодаря восстановлению нормального образа жизни. “Начиная с шести лет ребенок развивается, следуя так называемым экстра-семейным опекунам, в самой большой степени представленным родственниками, школой и соседями”. До этого возраста он сам залечивает травму, как может.


Одиннадцатилетний Антуан, живущий в приемной семье, играет в услужливого и серьезного взрослого, стараясь больше понравиться. Дружба с Роланом приводит его к знакомству с отцом приятеля, учителем и поэтом. Антуан открывает для себя, что может быть любим просто как ребенок, а значит может смеяться, совершать глупости, петь ... Он отказывается от своей стратегии “взрослого” мальчика, что позволяет ему успешнее пройти процесс настоящего взросления.


Или еще одна возможная защита от приносящей боль реальности: ложь. Ребенок врет, чтобы защитить себя. При этом возникает опасность впасть в мифоманию: создать внутреннюю фикцию и погрязнуть в ней. Мечта ведет к надежде, а значит к возрождению, но мифомания заключает человека в его несчастье.


Бывают случаи, когда резилиенция так и не возникает, как, например, у Мерилин Монро, мать которой была “отторгнута человечеством” за то, что произвела на свет незаконнорожденного ребенка. Страдая меланхолией, она не смогла создать ощущение безопасности и у дочери. Мерилин росла в холодных детских домах. Повзрослев, она часто чувствовала состояние усталости, оставалась целыми днями в кровати, не мылась. Ее окружение (Артур Миллер, Джон Кеннеди, Ив Монтан) восхищалось ее странной красотой, но не отдавало себе отчета, что речь идет о “привидении”, о человеке без внутренней структуры и человеческой теплоты. Не познав родительской любви в детстве, она не смогла идентифицироваться с этой любовью и дать ее другим повзрослев. Мерилин так и не создала резилиенции.


Датскому писателю Гансу Христиану Андерсену больше повезло. Его мать была вынуждена под нажимом собственной матери заниматься проституцией. Чтобы сын не подвергался унижению, она работала прачкой, а ее муж завербовался в солдаты наполеоновской армии. По смерти матери Ганс стал работать в прачечной. Несмотря на нищету, полученная в детстве родительская любовь дала ему достаточно силы для строительства личности. Он отрывается от своих корней и начинает жить в странном и красивом мире собственных сказок, придавая своей жизни “смысл” и успешно проводя резилиенцию.


Борис Цирюльник. Шепот привидения. Изд. Одиль Жакоб. Париж. 2003.


Новый страх


Дидье ван Ковеларт давно известен как талантливый писатель. После “Двадцати с небольшим лет”, “Рыбы любви” и “Каникул привидения” к нему пришла Гонкуровская премия (1994) за “Билет в одну сторону”. В его последнем романе “Вне себя” ван Ковеларт рассказывает историю отчаявшегося героя Мартина Харриса, потерявшего все, кроме памяти. Потери Мартина велики: они касаются его личности, парадоксальным образом разобщенной с памятью, а также его социальных ориентиров. Этот американский ботаник, приехав в Париж, впадает в кому и, выйдя из нее, встречает “другого” себя, узурпировавшего его личность, профессию, жену и др. Жена не узнает его, и тогда сомнение вторгается в разум героя: а вдруг этот “другой” - “настоящий”, а двойник – это он сам? Одновременно с этим исчезли все акты гражданского состояния. Кто-нибудь уничтожил их ? Или они никогда не существовали?


Ритм рассказа ван Ковеларта не дает читателю оторваться от этой захватывающей истории с неожиданными поворотами. Сам писатель тоже находится в поисках личности, но на этот раз речь идет о его собственном творчестве. Детектив ли это или психологический роман, научное эссе или фантастика? Это станет известно только в конце, но ждать придется не долго: роман читается на едином дыхании.


Дидье ван Ковеларт. Вне себя. Изд. Альбен Мишель. Париж. 2003.


Невежество


Книга Милана Кундеры “Невежество” была переведена и опубликована уже в десяти странах, но во Франции выходит только в 2003 г. Так решил сам писатель вследствие жесткой критики, несправедливой с его точки зрения, которой подвергся в 1989 г. его предыдущий роман “личность”.


Писталь чешского происхождения Милан Кундера открыл для себя французскую литературу в пятидесятые годы. Коммунистическая цензура не позволяла печатать его книги, и в 1968 г. он посещает Париж, где издательство “Галлимар”, с хозяином которого его связывает дружба, публикует “Жизнь не здесь” (Приз Медичи за лучший иностранный роман 1973). В 1975 г. писатель окончательно переезжает в Париж, а в 1981 получает французское гражданство. С этого времени для него начинается настоящая эпоха возрождения: критика возносит ему хвалы, а читатели обожают его романы. После “Невыносимой легкости бытия” и его главного шедевра, “Бессмертия”, Кундера пишет три романа на французском языке: “Медлительность”, “Личность” и “Невежество”.


В своей последней книге он рассказывает историю двух чехов, уехавших из страны в 1968 г. после вторжения советских войск, и их приезд в Прагу. Ирена жила в Париже, а Йозеф – в Дании. Обоих поражают радикальные перемены, происшедшие в стране. Майки с надписью “Kafka was born in Praga”* заменили плакаты, восхвалявшие “дружбу” с Советским Союзом. Йозеф сталкивается с непониманием и всеобщим равнодушием, а Ирена не узнает страны, из которой уехала. Столь ожидаемое возвращение оканчивается полным провалом, регрессией.


Собственная мать Ирены предает ее и отбивает у нее Густава, и тогда дочь отдается Йозефу, которого она знала еще до отъезда. Но и здесь ее ждет разочарование: он и не помнит об их встрече, а кроме того, до неузнаваемого изменился сам.


Словно Одиссей, которому следовало оставаться у нимфы Калипсо, наши герои должны были оставаться в изгнании. Они живут во “внутреннем изгнании, в застывших воспоминаниях, стирающихся в соприкосновении с реальностью”. Интриги, размышления, парадоксы: композиция романа Кундеры меняется по мере нарастания контрастных вариаций. В книге нет единства – это нанизанные одна на другую истории, которые в целом создают насыщенный и захватывающий рассказ.


Милан Кундера. Невежество. Изд. Галлимар. Париж. 2003..


* Кафка родился в Праге.


Мишель Леблан