uzluga.ru
добавить свой файл

7 апреля 2011 г.9 апреля 2011 г. OCR –М.В. Астахов

Синицын О.В.

ПРОБЛЕМЫ СПЕЦИФИКИ ИСТОРИЧЕСКОГО ПОЗНАНИЯ
В РОССИЙСКОЙ ИСТОРИОГРАФИИ НАЧАЛА XX В.



// Проблемы философии истории. Материалы межвузовской научной конференции / Академия социальных наук РФ (Татарстанское отделение); Философское общество Республики Татарстан. – Казань, 1999. С. 51-53. Проблемы специфики методологии.


В конце XIX - начале XX вв. внимание российских историков было привлечено не только к конкретным вопросам всемирной и отечественной истории, но и к активно обсуждавшемся в то время в философско-исторической литературе проблемам методологии исторической науки. Среди них первостепенное внимание занимали вопросы специфики истории и исторического познания. К ним было привлечено внимание философов и историков, социологов и правоведов, экономистов и политологов. Именно они являлись предметом широких дискуссий различных по своему идейно-методологическому содержанию направлений и течений.

Серьезный и значительный вклад в решение этих вопросов внесла неокантианская методология истории. Зародившись в Германии, она стала общемировой историографической тенденцией, которая оригинально и своеобразно проявилась и начале XX в. в России.


– 51 –

__________________________________________________________________


Среди российских историков идеи неокантианской методологии истории разделяли и поддерживали А.С.Лаппо-Данилевский, Вен. М. Хвостов, Н.М. Бубнов. М.М. Хвостов, Д.М. Петрушевский, среди философов - П.Н. Новгородцев, Н.А. Бердяев, С.Н. Булгаков, Л.И. Петражицкий, А.И. Введенский, Б.А. Кистяковский, С.О. Гассен, С. Франк и др.

Неокантианство представляло собой попытку приспособить учение И. Канта к новым историческим условиям, преследуя при этом цель противопоставить «очищенный» кантовский идеализм позитивизму, который не учитывал должным образом специфику исторического познания.

Анти-позитивистская реакция и начавшееся по-неокантиански перевооружение науки сразу же приобрело явно выраженную методологическую направленность.

Неокантианцы историю рассматривали как процесс осознания и воплощения ценностей, и поэтому считали, что для философии особое значение имеет вопрос о специфике исторических наук, и главное, их метода.

Исходя из кантовской идеи о коренном различии между науками по их методу, неокантианцы делили науки на номотетические, т.е. которые по сути науки о законах и на науки идеографические - науки о событиях. Номотетические науки рассматривают действительность с точки зрения всеобщего, выражаемого посредством естественнонаучного закона и их метод познания - генерализующий, идеографические науки рассматривают действительность с точки зрения единичного в его неповторимости и их метод познания - индивидуализирующий.

Российские историки и философы неокантианской ориентации, разделяя в целом эту идею классификации наук, предложили своеобразное ее прочтение и обоснование.

Так, лидер российских историков-неокантианцев А.С. Лаппо-Данилевский, хотя и позаимстовал у баденской школы неокантианства их терминологию, потому что, по его словам, «придумывать новые словообразования казалось излишним»1, по-новому подошел к проблеме методов науки в их специфике. Как и Кант, строивший свое учение на антитезе «чистого» и «практического» разума, выяснявшего границы чувственности и рассудка, как Г. Риккерт и В. Виндельбанд, противопоставлявшие науки о природе и науки о духе (культуре) и выяснявшие границы естественнонаучного образования понятий, А.С. Лаппо-Данилевский также построил свой труд на антитезе. Но если его единомышленники логически (формально) противопоставляли естественные и исторические науки (по их методу), то Л.С. Лаппо-Данилевский, продолжая эту линию, перенес центр тяжести непосредственно на историка и историческое познание и построил свое исследование «Методология истории» на антитезе и границах номотетического и

_________________

1Лаппо-Данилевский А.С. Методология истории. Вып. 1. СПб., 1923. С. 32.

– 52 –

__________________________________________________________________


идеографического знания собственно в исторической науке. Не принимая возможность построения теории исторического знания только с одной из двух указанных точек зрения (в чистом виде), считая идиографический подход все же определяющим в истории, он понимал исторический метод как индивидуализирующе-генерализирующий, подчеркнул не только различие обобщающей и индивидуализирующей точек зрения, но также общие их черты, усмотрев последние в стремлении к систематическому единству научного знания.

В.М. Хвостов, Н.М. Бубнов, А.С. Лаппо-Данилевский, М.М. Хвостов, Д.М. Петрушевский. выступая против того положения, что задача истории как науки – установление и выведение законов как общеисторических формул, полагали тем не менее, что история как наука должна удовлетворять наш интерес как к общему, так и к индивидуальному, должна «выяснять значение для нас и общих понятий, и самой действительности»1.

На этом основании они признавали существование в научном знании как общих, так и специфических законов, в том числе и исторических, т.е. подошли вплотную к пониманию специфики исторических законов как законов-тенденций.

Российские историки-неокантианцы расширили понимание сложности и своеобразия исторического познания, специфики «наук о духе» и тем самым способствовали поступательному развитию исторического знания.

_____________________

1 Хвостов В.М. Теория исторического процесса. Очерки по философии и методологии истории. М., 1914; С. 257, Бубнов Н.М. Методология истории. Киев, 1914; С. 10. Хвостов М.М. Лекции по методологии и философии истории. Казань,1913. С.11 и др.

– 53 –

__________________________________________________________________