uzluga.ru
добавить свой файл
МАХАТМА ГАНДИ


ПЕДАГОГИКА НЕНАСИЛИЯ


Составитель, переводчик, автор предисловия и примечаний

Владимир Аркадьевич Василенко


Кировоград

2011


Махатма Ганди. Педагогика ненасилия / Перевод с английского, предисловие и составление В.А. Василенко. – Кировоград, 2011. – 300 с.






ПЕДАГОГИЧЕСКАЯ ФИЛОСОФИЯ

МАХАТМЫ ГАНДИ

Возможно, грядущие поколения вряд ли поверят, что такой человек из обыкновенной плоти и крови ходил по этой земле.

А.Эйнштейн

Одно из первых мест в ряду мыслителей и реформаторов, оказавших наибольшее влияние на развитие человечества в XX в., по праву принадлежит Мохандасу Карамчанду Ганди (1869—1948), более известному как Махатма Ганди, что буквально значит Великая Душа Ганди. Неслучайно весьма авторитетная Британская Энциклопедия с определенностью утверждает: «Он был катализатором, если не инициатором, трех главных революций XX века: революций против колониализма, расизма и насилия».

Миру М.Ганди сегодня известен как лидер национально-освободительного движения в Индии, страстный поборник идеи ненасилия в отношениях между людьми и целыми народами, оригинальный мыслитель, мечтающий философ и реформатор. Но Ганди без преувеличения может быть назван и выдающимся педагогом XX столетия. Подтверждение тому его многолетняя и разносторонняя педагогическая деятельность, в том числе и широкомасштабная работа по коренному реформированию государственной системы образования в такой большой стране, как Индия; его богатое педагогическое наследие — более 400 источников чисто педагогического содержания, среди которых главы 8 книг, букварь, 187 статей для журналов и газет, более 120 выступлений на различных конференциях и встречах, огромное количество писем и обращений.

Мохандас Карамчанд Ганди родился 2 октября 1869 г. в небольшом княжестве Порбандаре, в одном из отдаленных уголков Западной Индии. Древний род Ганди принадлежал к купеческой касте. Его отец был главным министром в одном из крохотных княжеств. Он не имел законченного образования, но прекрасно знал индийские традиции, разбирался в тонкостях и сложностях феодально-колониального управления, славился своей неподкупностью, благородством и прямотой характера. Мать Ганди была простой и набожной женщиной. В семье строго соблюдались все религиозные обряды. Родители внушали детям, что главное — это соблюдение нравственно- религиозного долга и непричинение вреда ничему живому на земле.

Мохандас рос хилым, стеснительным и боязливым мальчиком. Особыми способностями не отличался. Но всегда был послушным, прилежным и исполнительным учеником. С раннего детства его отличали открытость и правдивость.

Следуя обычаю ранних браков, Мохандаса в тринадцать лет женили на девочке по имени Кастурбай, которая была его одногодкой. Позднее Ганди с тяжелым чувством вспоминал о том, как он в столь юном возрасте вступил в роль мужа. Но, к счастью, молодые глубоко полюбили друг друга, и несмотря на все сложности и треволнения, частые разлуки, были верными друг другу всю жизнь.

Вскоре для продолжения образования Ганди уехал в Лондон, где прожил больше двух лет. Это время было заполнено учебой в Школе права и Лондонском университете, активным самообразованием, попытками понять сущность западного образа жизни. Чтобы походить на своих английских сверстников, Мохандас брал уроки музыки и танцев. Но английского джентльмена из него не вышло. Зато он преуспел в знакомстве с передовыми идеями своего времени. Ганди жил в Лондоне, когда на устах у всех были имена Чарлза Дарвина, Бернарда Шоу, Елены Блаватской, Анни Безант. Он много читал, интересовался религиозной литературой. На него произвели сильное впечатление книга Э.Арнольда «Свет Азии» о жизни Будды, английские переводы индийских священных книг, Новый Завет и, особенно, Нагорная проповедь Христа.

В 1891 г., получив диплом адвоката, Мохандас Ганди вернулся в Индию. После непродолжительной и малоуспешной юридической практики в родном округе он принял предложение вести дела одной из индийских торговых фирм в Южной Африке, куда и отправился в конце мая 1893 г.

Никому не известный, неопытный и даже застенчивый двадцатичетырехлетний адвокат предполагал, что пробудет здесь недолго, но вышло так, что на этой земле он в трудах и борьбе прожил двадцать, как он сам признавал, лучших лет своей жизни.

С Южной Африкой связано и фактическое начало педагогической деятельности М.Ганди. До этого были нерегулярные и кратковременные попытки обучать неграмотную жену и своих сыновей, а также детей родственников. Но в этих занятиях наступил довольно длительный перерыв. Первые три года в Южной Африке Ганди вынужден был прожить без семьи.

Именно в Южной Африке педагогическая деятельность Ганди стала неотъемлемой частью его обширной общественной работы. В мае 1894 г. по инициативе Ганди была создана политическая организация «Индийский Конгресс Наталя», главной задачей которой было объединить представителей всех общин для борьбы с расизмом, добиться отмены несправедливых законов, направленных на притеснение индийцев в Южной Африке. В этом же году под покровительством Конгресса была создана Ассоциация по вопросам образования индийцев. Она объединила в основном молодых индийцев — уроженцев колонии. Ассоциация была призвана выявлять их нужды, содействовать духовному развитию, знакомить их с индийской культурой и историей, а также привлекать к общественной деятельности.

В 1903 г. Ганди принял предложение одного из адвокатов в Дурбане совместно издавать газету. 4 июня появился первый номер еженедельной газеты «Индиан Опиньон»(«Индийское Мнение»). Вначале она выпускалась на гуджарати, хинди, тамили и английском языках, впоследствии только на гуджарати и английском. Ганди стал фактически главным редактором и одним из основных авторов статей. Едва ли хоть один номер «Индиан Опиньон» вышел без его статьи. В своих публикациях Ганди придерживался традиционных взглядов, отзываясь даже хвалебно в одной из заметок о плане образования для индийцев лорда Маколея, по которому предусматривалась полная англизация школы, а индийская культура рассматривалась как варварская и основанная на суевериях. Процесс освобождения от иллюзий тогда еще только набирал силу.

Среди статей Ганди обращают на себя внимание его рассказы о выдающихся деятелях разных народов, которые публиковались довольно регулярно (своеобразная библиотечка ЖЗЛ). Здесь и А.Линкольн, Дж.Вашинггон, Г.Нельсон, Г.Торо, Т. Барнадо, Л.Толстой, М.Горький и многие другие. Ганди иногда довольно свободно интерпретировал их биографии, исходя из своих принципов. Он как бы искал в них подтверждение своих взглядов. Понимая воспитательное значение примера жизни этих людей, он старался акцентировать внимание читателя на ведущих качествах личности. Его героев объединяли простота и принципиальность, упорство и трудолюбие, жажда знаний и постоянная работа над собой, чувство долга и общественная активность.

Очень скоро Ганди понял, что газета является мощным средством воспитания и перевоспитания людей, объединения их и мобилизации для борьбы за изменение жизни. Опыт этого массового просвещения и воспитания Ганди с большим успехом применит позднее в Индии, беседуя со своим народом терпеливо и убедительно на страницах созданных им газет «Янг Индиа», «Навадживан» и «Хариджан».

С приездом семьи Ганди возобновляет занятия с сыновьями и жившим тогда с ним племянником. Часто этому мешали неотложные дела. Но все же дети чему-то учились. Обычно они сопровождали Ганди на службу и обратно (расстояние примерно в 5 миль), и во время этих прогулок он стремился поделиться с ними своими познаниями. Причем Ганди взял за правило говорить с детьми только на родном языке, т.е. на гуджарати. В этом он видел важное условие воспитания патриотизма.

Недостаток систематических занятий с лихвой, как считал Ганди, восполняли «школа жизни» и постоянное общение с родителями, тем более что дети были самыми активными участниками всех «опытов» и изменений, которые их отец, неутомимый реформатор и экспериментатор, вносил в свою жизнь, а значит, и в жизнь семьи. Вместе с ним они «упрощали» свою жизнь, отказываясь от лишних вещей, выполняя всю физическую работу по дому, вместе с ним они развивали в себе дух служения, ухаживая за больными и слабыми. А когда пришло время, стали активными участниками его политических кампаний. И Ганди мог гордиться ими, так как они проявляли стойкость и мужество, никогда не думая о снисхождении к ним как к детям политического лидера.

В 1904 г. под впечатлением книги Д.Раскина «Последнему, что и первому» Ганди решил перевести издательство «Индиан Опиньон» в сельскую местность, где можно было работать на земле, а в свободное время посвящать себя издательской работе. Вскоре был куплен участок земли в 14 милях от Дурбана и в трех милях от железнодорожной станции «Феникс». Более ста акров земли с фруктовым садом и развалившийся коттедж. Ганди и 20 его последователей, среди которых были и европейцы, первое время жили в палатках. За месяц были построены помещение для типографии и домики для жилья. Печатание газеты полностью перешло в «Феникс» — так стали называть эту колонию единомышленников. Ганди хотел полностью посвятить себя строительству этой новой жизни, но адвокатская практика и неотложные общественные дела постоянно вынуждали его отлучаться в Дурбан.

В августе 1906 г. в правительственной газете Трансвааля был опубликован проект так называемого «черного закона», согласно которому каждый проживающий в стране индиец — мужчина, женщина и даже ребенок, начиная с восьмилетнего возраста, должен был зарегистрироваться в полиции, сообщить сведения о своем имущественном положении, оставить отпечатки пальцев и получить особое удостоверение, без которого человеку угрожали арест и депортация. Унижающий достоинство индийцев закон вызвал возмущение у всей общины. На митинге протеста Ганди призвал к гражданскому неповиновению. Он стал признанным руководителем этой трудной и изнуряющей борьбы. Приходилось писать длинные петиции и обращения, вести переговоры с высокими чиновниками, ездить на длительное время в Лондон. Трижды за всю кампанию его арестовывали.

В январе 1909 г. в одном из номеров «Индиан Опиньон» появилось объявление о проекте открытия школы нового типа в поселке «Феникс». Это было связано, прежде всего, с тем, что в действиях официальных властей четко обозначилась тенденция постепенного изгнания из государственных учебных заведений школьников-индийцев. Выход Ганди видел в создании собственной школы на базе уже существовавшей для детей колонистов. Вскоре он выступил со статьей «Школа в «Фениксе», в которой изложил основные принципы деятельности такой школы.

Школа была создана, но, к сожалению, сам Ганди не мог работать в ней, хотя всегда был в курсе школьных дел. В письме из Лондона к другу и соратнику Г.Полаку он писал о необходимости собирать средства для школы, агитировать богатых индийских купцов давать стипендии для обучения школьников, сообщал о том, что уже получил на нужды школы 15 фунтов и что ему обещали стипендию для обучения лучшего из учеников в Англии, писал о необходимости собрать проспекты различных учебных заведений в Индии, достать необходимые для школы книги. Из этого же письма видно, что школу в «Фениксе» Ганди не рассматривал как чисто образовательное учреждение. Указывая на ее социально-воспитательное значение, он писал: «...«Феникс» задуман как питомник для производства правильных людей и настоящих индийцев».

В 1908 г., возвращаясь из Лондона на корабле после провалившихся переговоров по поводу трансваальских законов, Ганди написал книгу «Хинд Сварадж» («Индийское Самоуправление»), в которой впервые изложил свои социально-политические взгляды. Эта программная книга (от ее установок он не отступал на протяжении всей своей жизни) была и первой его работой по педагогике. В главе XVIII «Образование» он сформулировал главные положения своей педагогической философии: образование — это только инструмент, и его ценность в возможности служить как можно большему числу людей; первостепенное внимание нужно уделять строительству характера, что по своей сути и является начальным образованием; религиозное, т.е. этическое, воспитание — одна из главных задач семьи и школы. В конце главы Ганди писал, что образование, навязанное Индии англичанами, способствовало порабощению индийцев. Был сделан главный вывод: «Чтобы возродить первоначальную чистоту Индии, нам нужно вернуться к ней», что в педагогике означало — вернуться к традиционной системе образования и воспитания, в которых главным было формирование нравственного стержня человека, вернуться к родному языку как единственно возможному средству обучения, вернуться к животворным родникам индийской культуры.

В 1910 г. кампания гражданского неповиновения вступила в фазу более решительных действий, что вызвало репрессивную реакцию официальных властей. Многие участники были арестованы и заключены в тюрьмы. Немало семей лишилось кормильцев и оказалось в очень сложном положении. Чтобы как-то улучшить ситуацию, было решено организовать поселение по типу «Феникса», в котором и разместить нуждавшихся. На деньги одного из сподвижников Ганди, немца-архитектора Г.Калленбаха, в 20 милях от Йоганнесбурга был куплен участок земли с небольшим домом и фруктовым садом. Поселение было названо в честь Л.Н. Толстого «Ферма Толстого» (это был период переписки Ганди с Л.Н.Толстым, период особенного увлечения Ганди морально-этическим учением Толстого). Поначалу на ферме проживали Ганди, Калленбах и несколько семей участников сатьяграхи. Но затем стали прибывать новые поселенцы. Вскоре стало ясно, что нужно организовать обучение проживающих на ферме детей. Было решено открыть школу.

В основу работы школы были положены пять новаторских по своей сущности принципов.

Во-первых, школа и ферма в целом рассматривались как одна большая семья, в которой Ганди был вместо отца и нес полную ответственность за всех. Такие условия, по его мнению, были максимально приближены к идеальным (Ганди считал, что правильное образование детям могут дать только родители, а помощь со стороны должна быть сведена до минимума).

Во-вторых, обучение в школе должно было вестись на родных языках детей, т.е. родной язык занимал свое законное место как средство обучения. Следует заметить, что при реализации этого положения у Ганди были значительные трудности, которые, в общем, были следствием сложной языковой ситуации в Индии. В школе пришлось преподавать хинди, гуджарати, урду и тамили.

Следующим важным принципом было соединение обучения с производительным (пока в простых формах) трудом и профессиональной подготовкой детей.

Главной целью всего образования-воспитания в школе было «приложить все усилия, чтобы извлечь все лучшее, что есть в мальчиках, обращаясь к их сердцам и разуму». При этом главная роль отводилась формированию нравственного характера.

И последний по счету, но явно не по значению принцип — ненасилие в основе всего: в формах, методах, средствах. Этот принцип предполагал бóльшую свободу детей, сведение принуждения к минимуму, полный отказ от применения физических наказаний и многое другое.

Эти пять основных принципов и обусловили своеобразие школы, наложили отпечаток на организацию ее деятельности, внесли существенные изменения в методику преподавания, формы и методы воспитательной работы.

К моменту начала работы школы учеников было семь (пять мальчиков и две девочки). Но вскоре их число возросло до 25-30. Ганди прекрасно понимал, что перед ним стояла нелегкая задача и что условия для задуманного им эксперимента не были достаточно «чистыми». Дети были разного возраста, разных уровней подготовленности, были последователями разных религий и представителями разных этнических групп. Но, тем не менее, он смело взялся за осуществление и этого эксперимента.

Учителями в школе были П.Десаи, Дж.Ганди, Г.Калленбах, но все же главная нагрузка легла на плечи Ганди, который был учителем и директором, завхозом и воспитателем, а иногда и нянькой. В одном из писем он писал: «...Совсем нет времени, писать могу только ночью... Единственный мой интерес сейчас — школа... Я иногда думаю, прав ли я, что так много внимания уделяю ей. И прихожу к выводу, что школой я занимаюсь меньше, чем мне хотелось бы... Моя преподавательская работа — что-то вроде эксперимента. Мы еще увидим, какие результаты она принесет».