uzluga.ru
добавить свой файл
Ф.А.Ганиев (г.Казань)

О ПРИНЦИПАХ СОСТАВЛЕНИЯ ТЮРКСКИХ СЛОВАРЕЙ



Во всех тюркоязычных республиках и областях в настоящее время интенсивно ведется лексиког­рафическая работа: составление толковых, перевод­ных, терминологических и других словарей. Однако теоретическое и научное обобщение такой работы оставляет желать лучшего. Многие вопросы, каса­ющиеся составления словарей, остаются нерешенными или спорными.

Вопрос о лексических единицах тюркских язы­ков. Насколько нам известно, практически ни в одном современном тюркском словаре количество лексических единиц не превышает даже 50 тысяч слов. Отсюда непосвященному человеку могут пока­заться бедными тюркские языки.

Безусловно, тюркские языки в отношении лексики не бедны. А дело в том, что в тюркологии проблема лексики, лексических единицах до конца не решена, несмотря на то, что имеются солидные труды по данному вопросу.

Во-вторых, многие тюркские исследователи в определении лексических единиц находятся в плену орфографии, хотя известно, что сама орфография является производной от сущности лексических единиц, от статуса слова. В тюркологии так случилось, что компоненты многих сложных слов пишутся раздельно. Из-за этого тюркские лексикографы многих из них не включают в словари. Раздельное написание слов не должно стать пре­пятствием для включения их в словарь. Следует заметить, что вообще вопросы орфографии в тюр­кологии являются самыми малоразработанными. Не найден критерий правописания сложных слов, хотя эти критерии для тюркских языков лежат на поверхности. Известно, что синтаксические отно­шения между словами бывают тесными и более свободными. Вот эти синтаксические отношения, которые были между словами словосочетаний до их перехода в сложные слова или до образования сложных слов, должны стать критерием слитного или раздельного написания компонентов сложных слов. Как известно, наиболее тесными видами связи являются предикативные, атрибутивные связи. По­этому сложные слова, образованные на основе этих отношений компонентов, безусловно, должны писаться слитно: тамаксау, Уразгилде, аккош 'ле­бедь', каракош 'орел' и т.д.

Объектная связь также представляет собой более или менее тесную связь, поэтому сложные слова, образованные на основе этой связи, должны писать­ся слитно (урынбасар 'заместитель', субулэр 'водо­раздел', кулъюгыч 'рукомойник').

Во всех этих случаях могут быть лишь некоторые исключения, например, когда второй компонент сложного слова является именем собственным (Олы әтнә). Таким образом, сложные слова, образованные на базе предикативной, атрибутивной и объектной связи, должны писаться слитно и все они, согласно Инструкции словаря должны быть включены в словарь в качестве заглавных слов (вокабул).

Что касается сложных слов, образованных на основе комплетивной связи, то они в тюркских языках пишутся раздельно. Это, в основном, два вида сложных слов — глаголы модели неглагол — вспомогательный глагол әбәр иту, тәэмин иту и деепричастия — модифицирующий глагол (укып чыгу, каушап төшу). Они также должны быть включены как в толковые, так и переводные словари.

Сложные глаголы, образованные модифициру­ющими глаголами, в татарском языке, например, доходят до 100 тысяч. Это не трудно подсчитать.

Так, например, от татарского простого глагола укырга 'читать' можно образовать свыше 10 слож­ных глаголов: укып бару, укып биру, укып алу, укып бетеру, укып йөру, укып киту, укып килу, укып чыгу, укып җибәру и т.д.

Если учесть, что количество простых глаголов, например, в татарском только литературном языке вставляет где-то свыше 12 тысяч, и если эту цифру (множить на 9 или 10 образований на каждый простой глагол, то получим минимум 90-100 тысяч сложных глаголов, называемых иногда составными.

Академик А.Н. Кононов их считал лексическими единицами и не раз заявлял, что давно их пора давать в словарях.

Составные глаголы в одних языках отсутствуют, но имеет место в тех языках, где значение простого глагола, его семантическое содержание модифици­руя предлогами, ставшими приставками, например, в немецком языке ϋber + lesen и в русском языке про + читать.

В других языках, где не имеется приставок, уточнения семантики производится модифицирую­щими глаголами. Такое происходит в языке хинди и японском языке. По мнению А.П.Баранникова таких глаголов в языке хинди представляет не менее половина всех глаголов.

В японском языке составных глаголов также очень много. Как пишет А.А. Пашковский, например в слова каки 'писать' в японском языке образуются следующие сложные глаголы:

каки-дасу —'начать писать'

каки-реру —'выписывать'

каки-соэру —'приписать'

каки-циусу —'переписать'

каки-ноосу —'написать снова'

каки-нуку —'списать'

каки-отосу —'пропустить при письме'

каки-тигаэру —'неправильно написать' и др.

Все эти сложные глаголы даются в японских словарях.

В тюркских то же самое, семантика простых глаголов конкретизируется, как в японском языке и языке хинди, модифицирующими глаголами.

Таким образом, тюркские сложные (или состав­ные) глаголы, как показывает их научный анализ, являются полноценными лексическими единицами (в этом у многих исследователей нет сомнений).

Речь может идти только о том, что как их подавать в словарях. Попутно заметим, что неко­торые исследователи (например, узбекский ученый Н.М.Маматов) вообще предлагают написать их слитно. Но пока это предложение в тюркской лексикографии не вошло в практику.

В настоящее время, например, в татарской лексикографии сложные слова с раздельным написанием компонентов даются после прямоу­гольника в составе заглавного слова.

Так, в только что вышедшем в Москве "Татарско-русском учебном словаре" принята такая подача сложных слов с раздельным написанием компонен­тов 3.

В "Татарско-русском словаре" 1950 г. они даны столбиком перед тире. В трехтомном толковом словаре они включены в гнездо заглавного слова без каких-либо знаков 5.

На наш взгляд, самым рациональным и целесо­образным является подача пока в составе заглавного слова после прямоугольника или любого другого знака, которые могут придумать составители слова­ря.

Почти во всех тюркских словарях, изданных издательством "Русский язык", и иллюстрации и сложные слова с раздельным написанием компонен­тов даются полужирным шрифтом. В итоге и примеры, и лексические единицы оказываются в одной куче. Такой подачей материала мы принципиально не согласны. Речевые единицы (примеры) и языковые единицы (сложные слова) — эти единицы разного уровня, их в словарях следует различать. В татарских словарях примеры даются светлым курсивом: так было в толковом словаре, так поданы примеры татарско-русском словаре 1992 г.

О словарной форме глаголов. В тюркских словарях наиболее запутанным, до конца не ясным является ловарная форма глаголов. Так, в тюркско-русских словарях нередко содержание формы гла­голов левой части не соответствует его правой части.

Так, в до сих пор вышедших татарско-русских словарях глаголы давались в форме имени действия на -у (уку, язу), и переводились на русский язык инфинитивом. Как известно, имя действия не есть инфинитив. Поэтому в последних двух татарско-русских словарях 1988 и 1992 годов словарной формой принят инфинитив на -рга/ргә, практически по значению полностью совпадающей с русским инфинитивом.

В толковых словарях по традиции используется имя действия глагола в качестве словарной формы.

В огузских языках в качестве словарной формы принята форма глагола на -мак, что по нашему мнению, соответствует природе этих языков.

Что касается подачи глаголов в словарях в форме их основа (бар, кил, тот), то надо еще подумать насколько такая форма соответствует природе тюркских языков и практике перевода.

О подаче слов, образованных конверсией. Вооб­ще, вопрос о конверсии в тюркских языках является весьма спорным. Многие исследователи не признают этот способ образования слов. Словари же, как научно-практические пособия, не могут пройти мимо этого явления. Но путаница по этому вопросу в лексикографии очень много. Конверсирование слова в тюркских языках лексикографически офор­мляется по-разному. В одних случаях рекомендуется дать их как новые слова в качестве вокабулы (заглавного слова). В других случаях как значение многозначного слова, но с пометой в знач. су­ществительного, прилагательного и т.д. Оба случая приемлемы. Но главное в этом вопросе: выделение данного явления (конверсии) в словаре, что отражает особенности в этом отношении тюркских языков.


1. Варенников А.П. Хиндустами (грамматика),1934,с.106.

2. Пашковский А.А. Классификация японских сложных слов. В сб. "Японский лингвистический сборник". М.,1959,с.3б.

3. Татарско-русский учебный словарь. Москва,1992.

4. Татарско-русский словарь. Казань,1950.

5. Татар теленең, анлатмалы сузлеге, өч томда, Казан, 1978-1981.

6. Узбекско-русский словарь. Москва,1959; Турецко-русский словарь. Москва, 1977; Türkçe süzlük, 2 томда, Ankara, 1988.

7. Чувашско-русский словарь. Москва,1932.