uzluga.ru
добавить свой файл
1
РУСЬ ПОКАЯННАЯ

ЖИТИЕ СВЯТЫХ ЦАРСТВЕННЫХ МУЧЕНИКОВ

Царская Чета покровительствовала Православной Церкви не только в России, но и во всем мире: за время правления Николая II были построены сотни монас­тырей и тысячи храмов. Государь ревностно заботился о духовном просвещении народа: по всей стране были открыты десятки тысяч церковно-приходских школ. Благочестивый Император поддерживал развитие искусств, возвышающих душу православного христи­анина, —церковной архитектуры, иконописания, древ­него церковного пения и колокольного звона.

За время царствования Императора Николая II Русская Православная Церковь обогатилась большим числом новых святых и новых церковных торжеств, чем за весь XIX век. В1903 году, ознакомившись с материалами к прославлению великого старца Сера­фима Саровского, Царь не согласился с мнением Синода и дерзновенно начертал: «Немедленно про­славить». Летом того же года Царская Чета приехала в Саров на великое духовное торжество, собравшее сотни тысяч православных русских людей. ^Государь пешком, благоговейным паломником, на своих пле­чах нес гроб со святыми мощами Угодника Божьего и причащался вместе с Государыней Святых Христовых Тайн. Первого августа в Сарове Государь записал в дневнике: «Дивен Бог во святых Его. Велика неизре­ченная милость Его дорогой России; невыразимо утешительна очевидность нового проявления благо­дати Господней ко всем нам. На Тя Господи уповахом, да не постыдимся во веки. Аминь!»

В Дивеевском монастыре Их Величества посетили блаженную старицу Пашу Саровскую, которая пред­сказала трагическую судьбу Царской Семьи. Право­славная Россия в те памятные дни трогательно выра­жала Царю и Царице свою любовь и преданность. Здесь они воочию увидели подлинную Святую Русь. Саровские торжества укрепили в Царе веру в его народ.

Государь сознавал необходимость возрождения России на духовных началах Святой Руси. «Царство Русское колеблется, шатается, близко к падению, — писал в то время праведный Иоанн Кронштадтский, — и если Россия не очистится от множества плевел, то она опустеет, как древние царства и города, стертые правосудием Божиим с лица земли за свое безбожие и за свои беззакония». По замыслу Государя, успех задуманного во многом зависел от восстановления Патриаршества и выбора Патриарха. После глубоких размышлений он решил возложить, если Богу будет угодно, тяжелое бремя Патриаршего служения на себя, приняв монашество и священный сан. Царский Престол он полагал оставить своему сыну, назначив регентами при нем Императрицу и брата Михаила. В марте 1905 года Государь встретился с членами Свя­тейшего Синода и сообщил им о своем намерении. В

ответ последовало молчание. Великий момент был упущен — Иерусалим «не узнал времени посещения своего» (Лк. 19,44).

Государь, как носитель Верховной власти Право­славного Самодержавного Царства, нес священные обязанности Вселенского покровителя и защитника Православия, оберегая церковный мир во всем мире. Он встал на защиту гонимых, когда турки вырезали армян, притесняли и угнетали славян, и широко от­крыл границы России беженцам-христианам. Когда летом 1914 года Австро-Венгрия напала на беззащит­ную Сербию, Царь Николай II без колебаний ответил на призыв о помощи. Россия защитила братскую страну. Сербский королевич Александр направил Го­сударю послание: «Тяжелейшие времена не могут не скрепить уз глубокой привязанности, которыми Сер­бия связана со святой славянской Русью, и чувства вечной благодарности Вашему Величеству за помощь и защиту будут свято храниться в сердцах сербов».

Помазанник Божий глубоко сознавал свой долг Царского служения и не раз говорил: «Министры могут меняться, но я один несу ответственность перед Богом за благо нашего народа». Исходя из исконно русского начала соборности, он стремился привлечь к управлению страной лучших людей, оставаясь реши­тельным противником введения в России конститу­ционного правления. Он пытался умиротворить по­литические страсти и дать внутренний мир стране. Однако страсти продолжали бушевать. Газета «Осво­бождение», издававшаяся в то время за границей, открыто называла «освободительные силы», высту­павшие против Царской власти в России: «Вся интел­лигенция и часть народа; все земство, часть городских дум... вся печать». Премьер-министр Столыпин ска­зал в 1907 году: «Им нужны великие потрясения, нам нужна Великая Россия». \ '

На двадцатом году царствования Императора Ни­колая II русское хозяйство достигло высшей точки своего расцвета. Урожай зерновых увеличился вдвое по сравнению с началом правления; население вырос­ло на пятьдесят миллионов человек. Из безграмотной Россия быстро становилась грамотной. Экономисты Европы в 1913 году предсказывали, что к середине текущего века Россия будет господствовать над Евро­пой в политическом, экономическом и финансовом отношениях.

Мировая война началась утром 1 августа 1914 года, в день памяти преподобного Серафима Саровского. Государь Николай II приехал на Дивеевское подворье Петербурга. Вспоминают: «Государь стоял у иконы преподобного Серафима. Запели: «Спаси, Господи, люди Твоя и благослови достояние Твое, победы благоверному Императору нашему Николаю Алексан­дровичу на сопротивные даруя и Твое сохраняя Кре-





стом Твоим жительство». Государь очень плакал перед образом великого старца». Дивеевская блаженная Паша Саровская говорила, что войну затеяли враги Отечества, чтобы свергнуть Царя и разорвать Россию на части.

Через несколько дней после начала войны Государь с семьей прибыл в Москву. Ликовал народ, звонили колокола Первопрестольной. На все приветствия Царь отвечал: «В час военной угрозы, так внезапно и воп­реки моим намерениям надвинувшейся на миролю­бивый народ мой, я, по обычаю Державных предков, ищу укрепления душевных сил в молитве у святынь Московских».

С первых дней войны Государь, помимо неусып­ных трудов государственных, объезжал фронт, города и села России, благословляя войска и ободряя народ в посланном ему испытании. Царь горячо любил армию и близко принимал к сердцу ее нужды. Известен случай, когда Государь прошел несколько верст в новом солдатском обмундировании, чтобы ближе понять тяготы солдатской службы. Он по-отечески заботился о раненых воинах, посещая госпитали и лазареты. В обращении его с низшими чинами и солдатами чувствовалась неподдельная, искренняя любовь к простому русскому человеку.

Царица старалась как можно больше дворцов при­способить под госпитали. Нередко она лично занима­лась формированием санитарных поездов и складов медикаментов в городах России.

Александра Феодоровна и старшие Княжны стали сестрами милосердия в Царскосельском госпитале. Весь их день был посвящен раненым, им они отдавали всю свою любовь и заботу. Ободрял страдающих и Царевич Алексей, подолгу разговаривая с воинами. Государыня работала в операционной. Очевидцы вспо­минают: «Она подавала стерильные инструменты хи-

рургу, помогая при самых сложных операциях, при­нимая из его рук ампутированные руки и ноги, убирая окровавленную и завшивленную одежду». Она делала свою работу с тихим смирением и неутомимостью человека, которому Бог предназначил это служение. Во время тяжелых операций воины нередко умоляли Государыню быть около них. Она утешала раненых и молилась вместе с ними. «Я принимала искалеченных мужчин с ужасными ранами, — писала Александра Феодоровна. — У меня болит сердце за них. Я им особенно сочувствую как жена и мать». Вспоминают, как в Петергофе, провожая полк на фронт, во время молебна Государыня плакала навзрыд, точно проща­лась с родными детьми.

Государь обладал ценнейшими для военачальника качествами: высоким самообладанием и редкой спо­собностью быстро и трезво принимать решения в любых обстоятельствах. Летом 1915 года, в тяжелей­шее для русской армии время, Царь принял на себя Верховное командование войсками. Он был убежден, что лишь в этом случае враг будет разбит. Как только Помазанник Божий встал во главе армии, счастье вернулось к русскому оружию. Подъему боевого духа солдат во многом способствовал и приезд на фронт юного Царевича Алексея.

Весной 1916 года по воле Царя в действующую армию привезли из Московского Кремля Владимир­скую икону Божией Матери, перед которой с верой и надеждой служили молебны. В это время Государь приказал начать наступление на Юго-Западном фрон­те, увенчавшееся большим успехом. Пока Государь возглавлял войска, неприятелю не было отдано ни пяди земли.

К февралю 1917 года армия держалась стойко, войска ни в чем не испытывали недостатка, и победа не вызывала сомнений. Император Николай II в тяжелейших условиях подвел Россию к порогу побе­ды. Враги не дали ему переступить этот порог. «Толь­ко теперь возможно свержение Царя, — говорили они, — а потом, после победы над немцами, власть Государя надолго упрочится».

Преподобный Серафим Саровский еще в 1832 году предсказал всеобщий бунт против Царской власти и кровавый момент ее падения: «Они дождутся такого времени, когда и без того очень трудно будет Земле Русской, и в один день и в один час, заранее условив­шись о том, поднимут во всех местах Земли Русской всеобщий бунт, и, так как многие из служащих тогда будут и сами участвовать в их злоумышлении, то некому будет унимать их, и на первых порах много прольется невинной крови, реки ее потекут по Земле Русской, много дворян, и духовенства, и купечества, расположенных к Государю, убьют...»

В декабре 1916 года Государыня посетила в Новго­роде Десятинный монастырь. Старица Мария, кото­рая уже много лет лежала в тяжелых веригах, протяну­ла к ней высохшие руки и произнесла: «Вот идет

Мученица — Царица Александра», обняла ее и благо­словила. Блаженная Паша Саровская перед своей смертью в 1915 году все клала земные поклоны перед портретом Государя. «Он выше всех царей будет*, — говорила она. На портреты Царя и Царской Семьи блаженная молилась наравне с иконами, взывая: «Свя­тые Царственные Мученики, молите Бога о нас». Однажды Царю передали ее слова: «Государь, сойди с Престола сам».

Наступило 15 марта 1917 года. В столице нарастали волнения. В действующей армии вспыхнул «генераль­ский бунт». Высшие чины армии просили Государя отречься от Престола «ради спасения России и победы над внешним врагом», хотя победа уже была предре­шена. С этой просьбой коленопреклоненно обрати­лись к Царю и его ближайшие родственники. Не нарушая присяги Помазанника Божьего и не упразд­няя Самодержавной Монархии, Император Николай II передал Царскую власть старшему из рода — брату Михаилу. В этот день Государь записал в дневнике: «Кругом измена, трусость и обман». Государыня, уз­нав об отречении, сказала: «Это Воля Божий. Бог допустил это для спасения России». Народ лишился того, кто обладал преемственной благодатью творить Русское Право.

Именно в тот роковой день в селе Коломенское, под Москвой, произошло чудесное явление иконы Божи-ей Матери, названной «Державная». Царица Небес­ная изображена на ней в царской порфире, с короной на голове, со Скипетром и Державою в руках. Пречи­стая приняла на Себя бремя Царской власти над народом России.

Начался крестный путь Царской Семьи на Голгофу, Она всецело предала себя в руки Господа. «Все в Воле Божией, —говорил Государь в трудные минуты жиз­ни, — уповаю на Его милосердие и спокойно, покорно смотрю в будущее».

Молчанием встретила Россия весть об аресте 21 марта 1917 года Временным правительством Царя и Царицы. После отречения Государя обер-прокурор Святейшего Синода обратился с просьбой к Синоду разослать воззвание к народу — поддержать Право­славную Монархию. Синод ответил отказом.

Назначенная Временным правительством след­ственная комиссия изводила Царя и Царицу обыска­ми и допросами, но не нашла ни единого факта, обличающего их в государственной измене. На вопрос одного из членов комиссии, почему еще не опублико­вана их переписка, ему ответили: «Если мы ее опубли­куем, то народ будет поклоняться им, как святым».

Августейшая Семья, находясь в заключении в Цар­ском Селе, неустанно трудилась. Весной Государь с детьми очищал парк от снега, летом они работали на огороде; рубили и пилили деревья. Неутомимость Царя так поразила солдат, что один из них сказал: «Ведь если ему дать кусок земли и он сам будет на нем работать, то скоро опять себе всю Россию заработает».


В августе 1917 года Царскую Семью повезли под охраной в Сибирь. В день праздника Преображения Господня на пароходе «Русь» они прибыли в То­больск. При виде Августейшей Семьи простые люди снимали шапки, крестились, многие падали на коле­ни; плакали не только женщины, но и мужчины. Однажды Государь спросил красноармейца из охра­ны, что делается в России. Тот ответил: «Льется кровь рекой от междоусобной войны. Люди уничтожают друг друга». Николай Александрович ничего не сказал и, тяжело вздохнув, обратил свой взор к небу. Режим содержания Царственных Узников постепенно ужес­точался. Государыня писала в то время: «Надо перене­сти, очиститься, переродиться!»

Ровно через год после отречения, в Тобольске, Государь записал в дневнике: «Сколько еще времени будет наша несчастная Родина терзаема и раздираема внешними и внутренними врагами? Кажется иногда, что дольше терпеть нет сил, даже не знаешь, на что надеяться, чего желать? А все-таки никто как Бог! Да будет Воля Его Святая!».

Царская Семья всем сердцем любила Россию и не
мыслила жизни вне Родины. «Как я люблю мою
страну, со всеми ее недостатками. Она мне все дороже
и дороже, и я каждый день благодарю Господа за то,
что Он позволил нам остаться здесь», — писала Алек­
сандра Феодоровна, будучи в заключении. «Я не хотел
бы уезжать из России. Слишком я ее люблю, —
говорил Государь. — Я лучше поеду в самый дальний
конец Сибири».

«Мы до сего времени, — вспоминали слуги Госуда­ря, — такого благородного, сострадательного, любя­щего, праведного Семейства не видели и, наверное, больше не увидим». Епископ Тобольский Гермоген, который в свое время распространял клевету на Госу­дарыню, теперь открыто признал ошибку. В 1918 году перед своей мученической кончиной он написал пись­мо, в котором называл Царскую Семью «многостра­дальным Святым Семейством» и умолял всех быть осторожными в осуждении всякого человека, а осо­бенно Помазанника Божия — Царя.

В конце апреля 1918 года Августейших Узников привезли под конвоем в Екатеринбург, который стал для них Русской Голгофой. «Быть может, необходима искупительная жертва для спасения России: я буду этой жертвой, — говорил Государь, — да свершится воля Божия!» Постоянные оскорбления и издеватель­ства со стороны охраны в Ипатьевском доме причиня­ли Царской Семье глубокие нравственные и физичес­кие страдания, которые они переносили с беззлобием и всепрощением. Государыня Александра Феодоров­на записала в дневнике, вспоминая слова святого Серафима Саровского: «Укоряемы—благословляйте, гонимы — терпите, хулимы — утешайтесь, злосло-вимы — радуйтесь. Вот наш путь. Претерпевший до конца спасется».

Царская Семья сознавала приближение смерти.


В те дни Великая Княжна Татьяна в одной из своих книг подчеркнула строки: «Верующие в Господа Иисуса Христа шли на смерть, как на праздник становясь перед неизбежной смертью, сохраняли то же самое дивное спокойствие духа, которое не оставляло их ни на минуту. Они шли спокойно навстречу смерти пото­му, что надеялись вступить в иную, духовную жизнь, открывающуюся для человека за гробом».

В воскресенье 14 июля, за три дня до мученической кончины, по просьбе Государя в доме разрешили совершить богослужение. В этот день впервые никто из Царственных Узников не пел во время службы, они молились молча. По чину службы положено в опреде­ленном месте прочесть молитву об умерших «Со свя­тыми упокой». Вместо прочтения дьякон на этот раз запел молитву. Несколько смущенный отступлением от устава, стал петь и священник. Царская Семья опустилась на колени. Так они подготовились к смер­ти, приняв погребальное напутствие.

Великая Княжна Ольга писала из заточения: «Отец просит передать всем тем, кто ему остался предан, и тем, на кого они могут иметь влияние, чтобы они не мстили за него — он всех простил и за всех молится, и чтобы помнили, что то ало, которое сейчас в мире, будет еще сильнее, но что не зло победит зло, а только любовь». В письме Государя к сестре как никогда проявилась сила его духа в тяжкие дни испытаний: «Я твердо верю, что Господь умилосердится над Росшею и умирит страсти в конце концов. Да будет Его Святая Воля».

По Промыслу Божию Царственные Мученики были взяты из земной жизни все вместе, в награду за безграничную взаимную любовь, которая крепко свя­зала их в одно нераздельное целое.

В ночь мученической кончины Царской Семьи Дивеевская блаженная Мария бушевала и кричала: «Царевен штыками! Проклятые жиды!». Неистов­ствовала страшно, и только потом поняли, о чем она кричала. Под сводами Ипатьевского подвала, в кото­ром Царственные Мученики и их верные слуги закон­чили свой крестный путь, были обнаружены остав­ленные палачами надписи. Одна из них состояла из четырех кабалистических знаков. Она расшифровы­валась так: «Здесь, по приказанию сатанинских сил, Царь был принесен в жертву для разрушения Государ­ства. О сем извещаются все народы».

Не случайна и сама дата изуверского убийства — 17 июля. В этот день Русская Православная Церковь чтит память святого благоверного князя Андрея Боголюб-ского, который своей мученической кровью освятил единодержавие Руси. По свидетельству летописцев, заговорщики убили его самым жестоким образом. Святой князь Андрей первым провозгласил идею Православия и Самодержавия основой государствен­ности Святой Руси и был, по сути, первым русским Царем.

В те трагические дни Святейший Патриарх Тихон

в Москве, в Казанском соборе, во всеуслышание заявил: «На днях совершилось ужасное дело: расстре­лян бывший Государь Николай Александрович... Мы должны, повинуясь учению Слова Божия, осудить это дело, иначе кровь расстрелянного падет и на нас, а не только на тех, кто совершил его. Мы знаем, что он, отрекаясь от Престола, делал это, имея в виду благо России и из любви к ней. Он мог бы после отречения найти себе безопасность и сравнительно спокойную жизнь за границей, но он не сделал этого, желая страдать вместе с Россией».

Вскоре после революции у митрополита Московс­кого Макария было видение Государя, стоящего ря­дом со Христом. Спаситель сказал Царю: «Видишь, в моих руках две чаши — вот эта, горькая, для твоего народа, а другая, сладкая, — для тебя». Царь упал на колени и долго молил Господа дать ему выпить горь­кую чашу вместо его народа. Спаситель вынул из горькой чаши раскаленный уголь и положил Государю в руку. Николай Александрович начал перекладывать уголь с ладони на ладонь и в то же время телом просветлялся, пока не стал, как светлый дух... И вновь увидел святитель Макарий Царя среди множества народа. Своими руками он раздавал ему манну. Не­зримый голос в это время произнес: «Государь взял вину русского народа на себя; русский народ прощен».

«Прости им грех их; а если нет, то изгладь и меня из книги Твоей, в которую Ты вписал» (Исх. 32,32), — подчеркнул Николай Александрович строки в Свя­щенном Писании. Государь мужественно взошел на Голгофу и с кроткой покорностью Воле Божией при­нял мученическую смерть. Он оставил в наследие ничем не омраченное Монархическое Начало как дра­гоценный Залог, полученный им от своих Царствен­ных Предков.

Святой Серафим Саровский еще в 1832 году предска­зал не только падение Царской власти, но и момент ее восстановления и воскрешения России: «...но когда Зем­ля Русская разделится и одна сторона явно останется с бунтовщиками, другая же явно станет за ГОСУДАРЯ и Отечество и Святую Церковь — а ГОСУДАРЯ и всю Царскую фамилию сохранит Господь невидимою десни­цею Своею и даст полную победу поднявшим оружие за НЕГО, за Церковь и за благо нераздельности Земли Русской но не столько и тут крови прольется, сколько когда правая за ГОСУДАРЯ ставшая сторона получит победу и переловит всех изменников и предаст их в руки Правосудия, тогда уже никого в Сибирь не пошлют, а всех казнят, и вот тут-то еще более прежнего крови прольется, но эта кровь будет последняя, очиститель­ная кровь, ибо после того Господь благословит люди Свои миром и превознесет Помазанного Своего Давида, раба Своего, Мужа по сердцу Своему».

«Житие, пророчества, акафисты и каноны

святым царственным мученикам»,

«РУСЬ САМОДЕРЖАВНАЯ», 2005 г.