uzluga.ru
добавить свой файл
1 2 3



На правах рукописи


КАСПЭ Святослав Игоревич


ЦЕНТРЫ И ИЕРАРХИИ:

ПРОСТРАНСТВЕННЫЕ МЕТАФОРЫ ВЛАСТИ

И ЗАПАДНАЯ ПОЛИТИЧЕСКАЯ ФОРМА


Специальность – 23.00.02 – Политические институты, этнополитическая конфликтология, национальные и политические процессы и технологии (политические науки)


АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

доктора политических наук

(форма защиты – по опубликованной монографии)


Москва

2009 г.


Работа выполнена на кафедре сравнительной политологии Московского государственного института международных отношений (Университет) МИД России.


Официальные оппоненты:


доктор философских наук

БЛЯХЕР Леонид Ефимович




доктор политических наук, академик РАН ПИВОВАРОВ Юрий Сергеевич





доктор политических наук ТУРОВСКИЙ Ростислав Феликсович



Ведущая организация: Институт социологии РАН


С диссертацией (монографией) можно ознакомиться в читальном зале библиотеки Московского государственного института международных отношений (Университет) МИД России.


Защита состоится «___» ___________ 2009 г. в часов на заседании диссертационного совета Д 209.02.02 по защите диссертаций на соискание ученой степени доктора наук при Московском государственном институте международных отношений (Университет) МИД России по адресу: 119454, Москва, пр. Вернадского, д. 76.


Автореферат разослан « » _______ 2009 г.


Ученый секретарь

диссертационного совета,
к.п.н. И.Н.ТИМОФЕЕВ



Общая характеристика работы


Актуальность


Актуальность выносимой на защиту работы носит двоякий характер. С одной стороны, научный: гуманитарная наука вообще и политическая в частности последние десятилетия сталкиваются с серьезными затруднениями методологического порядка. Явление, которое в общем виде принято обозначать как «постмодернизм» (находящееся в довольно отдаленной, но несомненной связи с постмодернизмом в узком смысле, то есть определенным течением во французской и отчасти американской философии 1970-х – 1990-х гг.), поставив под сомнение не только значительную часть исследовательского инструментария науки как способа производства верифицированного знания, но и сам этот способ как таковой, оставило за собой «выжженное поле». Не добившись, за редкими исключениями, особых успехов, не превзойдя своих предшественниц «дальнейшей демонстрацией эвристической силы» (И.Лакатос), эта исследовательская программа тем не менее крайне затруднила выдвижение противостоящих ей подходов, дискредитировав их как бы a priori. Методологический кризис современной политической науки открыто признается многими авторами; к тому же в ее случае он, сравнительно с другими областями гуманитарного знания, усугубляется тем, что Х.Р.Алкер называет «отсутствием дисциплинарной аутентичности». Если прибавить к этому, что отечественной политической науке (опять же – как и отечественной гуманитаристике в целом) традиционно свойственно сниженное внимание к вопросам метода, то насущная необходимость поиска в этом направлении делается несомненной.

Еще одно методологическое затруднение, переживаемое политической наукой, связано с неопределенностью относительно статуса некоторых ее базовых концептов. Прежде всего это относится к понятию «государство» (modern state). Благодаря трудам Ч.Тилли, Дж.Покока, К.Скиннера, М.В.Ильина, О.В.Хархордина и многих других стало уже достаточно ясно, что «государство» есть не синоним политической организации вообще, а только один из ее возможных вариантов, возникший в определенных исторических обстоятельствах и по определенным причинам. Однако тем самым особенно жестко встают вопросы о происхождении государства, о его исторических предшественниках и соперниках (в частности и даже в основном – об империях), о современных трансформациях государства в условиях глобализации и даже о возможности возникновения либо возрождения альтернативных ему политических форм. Эти вопросы, безусловно, имеют эпистемологическое значение, поскольку затрагивают самую сердцевину аналитического аппарата и языка политической науки; однако в них явственно проступает и политическая острота. Действительно, с другой стороны, актуальность выносимой на защиту работы является именно политической.

Термин «империя» все чаще рассматривается как наиболее адекватно передающий природу современного мироустройства. Различные наблюдатели (некоторые из них будут названы ниже) приходят к подобному мнению – еще недавно экзотическому, теперь же претендующему на статус мэйнстримного, – очень разными путями, что дополнительно подтверждает неслучайность наметившейся тенденции. Однако обращение к проблеме истоков и характера глобальной гегемонии Запада – гегемонии оспариваемой, атакуемой, но все же на данный момент и в ближайшей перспективе несомненной – настоятельно требует анализа длинных эволюционных трендов уникальной политической формы, выработанной Западом и с большим или меньшим (как правило, большим) успехом навязанной им остальному миру. Только такой анализ позволит ответить на вопросы о характере этой гегемонии (является ли она случайной флуктуацией или результатом значимой закономерности), о ресурсах ее стабильности и, наоборот, угрожающих ей рисках, о сценариях дальнейших трансформаций как западной политической формы, так и мирового порядка в целом. Без таких ответов крайне затруднено любое, особенно стратегическое политическое планирование; в особенности это касается России, желаемый и достижимый статус которой в глобальном мире еще далек от определенности. Выносимая на защиту работа призвана способствовать получению этих ответов.


Степень разработанности проблемы


Поставленная проблема чрезвычайно многопланова, и отдельные ее аспекты, конечно, привлекали исследовательское внимание (хотя и в разной степени). Жанр и объем автореферата позволяет перечислить только наиболее капитальные труды, сыгравшие роль опорных конструкций в выстраивании исследования.

В части методологии это прежде всего работы Э.Шилза, в которых намечены способы обращения с концептом «центра» как с ключевым макросоциологическим понятием1, а также труды признававших себя последователями Шилза Ш.Н.Айзенштадта и К.Гирца. Неустранимо метафорическая природа базовых образов социальной и политической реальности (особенно образов пространственных, в том числе образов центра), превращающая, таким образом, метафору в существенный элемент самой этой реальности, подчеркивалась Дж.Лакоффом и М.Джонсоном, Дж.Сёрлем.

В разработке идеального типа имперских политических систем (преимущественно на основе исторических реалий Римской империи) чрезвычайно полезны оказались тексты Г.С.Кнабе, Ч.Тилли, А.Ф.Филиппова, но прежде всего – Й.Галтунга2 с его ценным анализом империи как отношения, а также развивающего этот подход А.Мотыля3. Политические последствия христианизации империи тонко и вместе с тем глубоко описывали, хотя и пользуясь совершенно разными исследовательскими языками, П.Манан, А.Момильяно, А.Шмеман.

Средневековые трансформации политической формы Запада, отношения Церкви и воссозданной империи становились предметом работ таких известнейших специалистов, как К.Вернер, С.Роккан, Р.Фольц. Особенно важными оказались тут концепция «папской революции», отстаиваемая Г.Берманом4, и классический труд О. фон Гирке5.

Корпус литературы, посвященной происхождению и природе современного государства, конечно, необозрим. Б.Бади6, Э.Канторович7, М. ван Кревельд8, Дж.Покок9, К.Скиннер10, Х.Спрюйт11, Ч.Тилли12лишь некоторые из авторов, занимавшихся этой грандиозной проблемой в общем виде (безусловно, значительным стимулирующим потенциалом обладают и идеи К.Шмитта13, внимание к которым в последние десятилетия существенно возросло). Абсолютизм – как первый логически завершенный проект автономного во всех смыслах, включая фундаментальный, политического организма – рассматривали под разными углами зрения Ж.Маритен, Н.Хеншелл, М.Ямпольский. На сменившей его связке «демократического» и «национального» как генеральных форм легитимации «политического» сосредотачивали свое внимание Б.Андерсон, Э.Геллнер, Р.Даль, Х.Линц и Дж.Степан, С.М.Липсет. Такой специфический способ организации властного центра, как разделение властей, исследовали К.Лёвенштайн, А.Н.Медушевский, Р.Нойштадт, Дж.Сартори. Феноменом партийности (не узко взятым, но в его связи с названными выше явлениями и в достаточно широком историческом контексте) занимались К.Джанда, С.М.Липсет и С.Роккан, в некоторой степени – К.Лефор и Ж.Рансьер. Впрочем, наиболее вдохновляющими здесь оказались логические ходы, намеченные А.М.Салминым14 – равно как и его указания на выраженную каузальную зависимость всех основных преобразований политической формы Запада от развернувшегося в западном христианском обществе процесса секуляризации15.

Основные отклонения от идеального типа современного государства – а таковых можно назвать два, т.н. «современные империи» и федерации – также не раз привлекали исследовательский интерес. Что касается первых, то нельзя не упомянуть имена Дж.Бёрбанк, М.Дойла, Э.Пагдена, А.В.Ремнева, С.Файнера, М. фон Хагена (и, пожалуй, особенно – А.И.Миллера16). Среди многочисленных подходов к изучению федерализма глубокую теоретическую и фактическую фундированность наиболее успешно сочетают с нетривиальностью те, что предложены У.Райкером, А.А.Захаровым, К.Уиэром, вновь А.М.Салминым и в особенности Д.Элазаром17.

Наконец, необходимо назвать наиболее заметных исследователей, пытающихся соотнести сложившееся к рубежу XX и XXI вв. глобальное мироустройство с предшествовавшей эволюцией западной политической формы и так или иначе вынужденных самой логикой этих попыток реанимировать термин «империя», применяя его к анализу актуального настоящего. Ф.Г.Войтоловский, П.А.Гудев, Э.Г.Соловьев, М.Игнатьефф, Ч.Купчан, Г.Лундестад, М.Хардт и А.Негри, А.Этциони – в этом потенциально гораздо более длинном списке особого упоминания заслуживают, пожалуй, Д.Лал18 и Н.Фергюсон19.

Впрочем, несмотря на обилие (в некоторых случаях – даже изобилие) трудов, так или иначе релевантных отдельным аспектам и сюжетам выносимого на защиту исследования, необходимо констатировать, что:

  • ни одна из бегло перечисленных проблем не считается в мировой политической науке удовлетворительным и окончательным образом разрешенной; напротив, дискуссии продолжаются и часто обостряются, а точки зрения даже только упомянутых авторов зачастую, если не как правило, противоречат друг другу;

  • проблемы эти рассматриваются большей частью изолированно; интегральная картина эволюции западной политической формы – не то что общепринятая, но хотя бы доминирующая – по сей день не возникла;

  • в российской политической науке и интерес к вопросам метода, и внимание к западной политической форме возникают лишь эпизодически; преимущественная сосредоточенность ее на отечественном материале легко объяснима, однако в конечном счете затрудняет даже анализ самого этого материала, поскольку лишает его концептуального фундамента и затрудняет его включение в поле сравнительных процедур.

Таким образом, степень разработанности обрисованной проблематики представляется все еще недостаточной, а ее комплексное исследование – насущно необходимым.


Цели и задачи исследования


Двумя основными целями предпринятого исследования явились:

  1. Обновление методологического инструментария политической науки; возвращение в его состав концепта «макросоциального центра» и демонстрация его эвристического потенциала;

  2. Создание целостной модели эволюции политической формы Запада – от империи к современному государству и, возможно, снова к империи.

Для достижения этих целей потребовалось решить следующие задачи:

  • выполнить критический анализ господствующих в современном гуманитарном знании вообще и в политической науке в частности методологических установок и предложить перспективные направления их коррекции;

  • разработать новую версию идеального типа имперских политических систем и установить соотношение с нею политических реалий Запада поздней античности, Раннего и Высокого Средневековья, уделяя при этом особое внимание взаимному влиянию политического и сакрального;

  • сформулировать и аргументировать рабочие гипотезы относительно происхождения современного государства и его основных характеристик;

  • предложить согласующуюся с фактами и основанную на полученных в ходе решения вышеперечисленных задач результатах интерпретацию причин и возможных последствий наблюдаемого кризисного состояния современного государства.



Объект исследования


Объектом исследования является западная политическая форма – то есть определенная конфигурация центров и периферий, сложившаяся в рамках западной цивилизации, а также определенные способы ее нормативной легитимации и институционального обеспечения. При этом метафоричность самого понятия «формы» (равно как «центра», «периферии», «иерархии» т.д.) не только не является препятствием к описанию через их посредство политической реальности, но, напротив, позволяет, будучи отрефлексированной, обеспечить повышенную точность и адекватность такого описания.


Предмет исследования


Предметом исследования являются те трансформации, которым подвергалась (и продолжает подвергаться) западная политическая форма на больших временных интервалах, движущие силы этих трнасформаций, их прямые и косвенные последствия, наблюдаемые на сегодняшний день результаты и прогнозируемые векторы дальнейшего движения.


Методы исследования


Основным методом исследования стал модернизированный структурно-функциональный подход (прежде всего в версии Э.Шилза), а также тесно связанная с ним (через фигуру Ш.Н.Айзенштадта) историческая макросоциология. Значимым ориентиром – преимущественно в решении вопроса о соотношении метафорических способов описания политической реальности с самой этой реальностью – оказалась социальная феноменология (А.Шюц и в особенности П.Бергер и Т.Лукман). Также в работе широко применен сравнительный метод – в том его варианте, который разрабатывался начиная с первой половины 1980-х гг. семинаром ретроспективной и сравнительной политологии «Полития» (А.Б.Зубов, Ю.С.Пивоваров, А.М.Салмин, Л.-Г.Тайван и др.) и который предусматривает повышенное внимание к возможностям диахронных сравнений. Специально следует подчеркнуть, что эволюция политической формы не рассматривается в книге ни исключительно через призму сменяющих друг друга интеллектуальных конструкций, ни исключительно через анализ событийного пласта – во всех случаях эти ряды рассматриваются как взаимосвязанные и переплетающиеся, причем преобразования символизаций политического могут и следовать за переменами во властной организации, и предшествовать им.


Научная новизна


Научная новизна исследования обеспечена прежде всего применением нетривиального метода к нетривиальному предмету. Методологический потенциал структурно-функционального подхода сегодня используется в явно недостаточной степени, а его модернизация (с учетом, разумеется, достижений сменившей его «децентрирующей» парадигмы знания) давно не предпринималась. Этот потенциал, как выяснилось, максимально полно раскрывается при анализе наиболее длинных эволюционных трендов западной политической формы – цель, несмотря на обилие работ, посвященных отдельным реализовавшимся в рамках этих трендов сюжетам, также ставящаяся крайне редко (по крайней мере, в пределах строгой научности). Подобный подход позволил, в частности:

  • существенно обновить сложившиеся в науке представления о природе имперских политических систем, в частности, о соотношении т.н. «классических» империй и империй Нового времени;

  • выявить обычно игнорируемую либо недооцениваемую генетическую связь между современным государством и церковными структурами (как в институциональном плане, так и в плане техник легитимации);

  • дать на этой основе оригинальные трактовки феноменов территориализации политического, разделения властей и партийности (в том числе партийного центризма), представляющих собой, как показано в работе, сущностные черты современного государства как определенным образом сакрализованной и трансцендированной политической формы;

  • интерпретировать феномен федерализма (прежде всего американского) как отклонение от идеального типа современного государства и одновременно как «суррогат империи», имплицитно (а иногда и эксплицитно) предназначенный к плавной трансформации в собственно империю;

  • предложить целостную систему аргументов в пользу квалификации сложившегося к началу XXI в. глобального порядка социально-политических взаимодействий как имперского, указав одновременно и на его ресурсы стабильности, и на его «окна уязвимости».

Прецеденты решения такого набора исследовательских задач с достижением подобных результатов, насколько известно автору, отсутствуют и в российской, и в мировой политической науке.



следующая страница >>