uzluga.ru
добавить свой файл
ИМАМ АСКАРИ (да будет мир с ним!)

Перевод: Малики Ибрагимовой

 

Имам Абу Мухаммад Хасан ибн аль Аскари (да будет мир с ним!) - одиннадцатый предводитель мусульман после великого Пророка (да благословит Аллах его и его семейство!). Он родился в 232 году лунной хиджры в городе Самарра. Отцом его светлости является имам Хади (да будет мир с ним!), а его достопочтенной матерью была Худайса (также ее называли Сусан).

Поскольку в Самарре имам пребывал в местечке «Аскар»[712], то стал известен под именем Аскари. Из других наиболее распространенных эпитетов имама - Заки («Целомудренный») и Наки («Благочестивый»). Конья его светлости - Абу Мухаммад. Когда десятый имам мученически погиб, имаму Аскари было 22 года. Он руководил народом 6 лет; и продолжительность его жизни составила 28 лет. В 260 году лунной хиджры, в 28 летнем возрасте в борьбе за веру и идею имама предают мученической смерти. Его единственный сын, Хазрат Худжат ибн аль Хасан аль Махди (да ускорит Аллах его пришествие!) стал наместником и последним имамом из двенадцати непорочных имамов.

Он - наш повелитель и имам Эпохи. Он скрыт от наших глаз и в тот момент, когда Аллах изволит ему появиться, он восстанет, уничтожив на земле зло и насилие, и мир наполнится справедливостью и правосудием.

Люди, которым представилась возможность повидать имама Аскари (да будет мир с ним!), рассказывают, что его светлость обладал красивым смуглым лицом, хорошим телосложением.

За свою жизнь имам Аскари был современником шести аббасидских халифов, таких как Мутаваккиль, Мунтасир, Мустаин, Му’таз, Мухтади и Му’тамад. Имам пал мученической смертью во времена правления Му’тамада.

 

Имамат его светлости

Каждый из непорочных имамов (да будет мир с ними!) в представлении своего наместника не ограничивался только лишь теми преданиями, в которых ранее уже были пояснены имена всех двенадцати имамов. С целью подтверждения и устранения каких-либо неясностей, они непосредственно представляли имама после себя своим последователям и самым близким сподвижникам.

По этому поводу относительно имама Аскари (да будет мир с ним!), также существует множество преданий. Ниже мы укажем на некоторые из них:

1. Великий шиитский достоверный передатчик хадисов и приближенный сторонник святых имамов Абу Хашим Джа’фари рассказывает, что однажды посетил имама Хади и его светлость сказал ему:

- Моим наместником, будет мой сын Хасан. Каково будет ваше отношение к наместнику моего наместника? Поскольку, вы не узрите его и вам недозволенно произносить его имени.

- В таком случае, как же мы будем поминать о нем?

- Зовите его «Аль Худжату мин али Мухаммадин саллаллаху алайхи ва алихи»[713].

2. Сакар ибн Аби Далф говорит: «Я слышал от имама Хади (да будет мир с ним!) следующее:

«Поистине, имамом после меня будет мой сын - Хасан и после него его сын - Каим. Он тот, благодаря которому в мире, где до него господствовали зло и насилие, воцарится справедливость».

3. Нуфели рассказывает: «Однажды, я и его светлость имам Хади (да будет мир с ним!) сидели во дворе его дома. Когда его сын Мухаммад прошел мимо нас, я спросил у его светлости:

- Да буду я жертвой ради Вас! Он ли наш имам после Вас?

- Нет, ответил он. Вашим имамом будет не он, а другой мой сын - Хасан».

4. Яхья ибн Ясар говорит: «За четыре месяца до своей кончины имам Хади сделал завещание своему сыну Хасану Аскари. В нём он указал на имамат и халифат своего сына, а затем привел меня и группу сторонников в качестве свидетелей».

5. Абу Бакр Фахфеки повествует о том, что имам Абу аль Хасан Хади написал ему письмо следующего содержания:

«Мой сын Абу Мухаммад (имам Аскари) самый благородный человек среди пророческого семейства, он отличается от них твердостью речи. Он тот, кто достиг совершенства среди моих детей и является моим наместником. Цепь имамата и догмы передаются ему, следовательно, то, что ты спрашивал у меня, спрашивай у него, и то в чем ты нуждаешься, находится у него».

 

Правление аббасидских халифов в период имама Аскари

В период своего короткого имамата, продлившегося 6 лет, имам был современником трех халифов: Му’таза, Мухтади и Му’тамада.

Вместо своего двоюродного брата Мустаина во главе государства встал Му’таз Аббаси. Имам Хади (да будет мир с ним!) был предан мученической гибели во времена Му’таза, а также, в этот же самый период группа Алавидов была убита, а другая была отравлена, посредством этого жестокого правителя.

Однажды Му’таз заключил своего брата Муайяда в темницу и приказал нанести ему 40 ударов палкой для того, чтобы он отказался от престолонаследия, что тот и сделал. После чего, Муайяд был освобожден, однако потом его вновь посадили в тюрьму. Услышав о том, что группа турок решила освободить Муайяда, Му’таз приказывает убить его.

Муайяда завернули в отравленное одеяло, пока он не умер. Затем были созваны придворные факихи и судьи, увидев тело, они убедились, что на нем нет следов пыток и побоев и, якобы Муайяд умер своей смертью.

Во времена правления Му’таза, более семидесяти человек из Алавидов из семейства Джа’фара Тайяра и Акила Талиба, которые восстали в Хиджазе, были взяты в плен и приведены в город Самарра. Также во времена этого халифа приверженцы имама Аскари ((да будет мир с ним!) были притесняемы и находились под давлением со стороны правящего режима. Так, что некоторые из них в письмах, которые писали имаму, жаловались и сетовали на обстановку. В ответ его светлость написал: «Победа и спасение придет через три дня».

Все обернулось именно так, как предсказал имам: турецкие солдаты аббасидского дворца, не видевшие в Му’тазе пользы для своих интересов, взбунтовались, заставив его отречься от власти. Затем, они бросили его в погреб, где он и умер.

После смерти Му’таза к власти приходит Мухтади. Этот халиф-угнетатель оказался лицемерным и двуличным человеком. Внешне он казался аскетом, человеком, воздерживающимся от кутежа. Он отдалил от себя певиц, запретил многие другие плохие дела, и помогал угнетенным. Однако Мухтади заключил имама Аскари (да будет мир с ним!) на некоторое время в тюрьму. После этого, он даже принял решение убить его светлость, но его смерть помешала ему в этом.

В период халифата Мухтади группа Алавидов подняла мятеж, но их восстание было жестоко подавлено. Некоторые из них попали в заключение, где, впоследствии и умерли.

Ахмад ибн Мухаммад говорит, что когда Мухтади принялся убивать неарабов, я написал имаму Аскари следующее письмо:

«Хвала Аллаху, который отвратил нас от Мухтади. До меня дошла весть о том, что он, угрожая, сказал Вам: «Клянусь Богом, я сотру с лица земли семейство Пророка».

В ответ его светлость написал:

«О, как коротка его жизнь! Через пять дней его с позором и презрением убьют».

Все произошло именно так, как и говорил имам. Мухтади также умер вследствие восстания турок и во главе халифата встал Му’тамад, который, подобно своим предшественникам не занимался ничем, кроме кутежей и угнетения. Он настолько был занят развлечениями и развратом, что понемногу все государственные дела отошли к его брату Муваффаку, который полностью овладел всем. Так, что на деле Му’тамад был никем. После кончины Муваффака, его сын - Му’тазид взял в руки дела своего дяди Му’тамада. Наконец, в 279 году лунной хиджры Му’тамад умер и Му’тазид был объявлен официальным халифом по всей исламской державе.

Имам Аскари (да будет мир с ним!) был предан мученической смерти во времена правления Му’тамада. Также, в тот же самый период, была уничтожена группа Алавидов, некоторые из которых были убиты самым ужасным образом. Даже после смерти их подвергали «мосле», т.е. обезображивали тело покойного, путем отрезания ушей, носа, ног, рук.

Историки указывают на то, что правление Му’тамада было настолько сопряжено со множеством войн и боёв, что число убитых достигло полумиллиона человек. Во всяком случае, обращение общества к непорочным имамам и несовместимость неправедных халифов и имамов, вызывало вражду и жестокость властей по отношению к святым имамам.

Имам Аскари (да будет мир с ним!), подобно своим благородным и непогрешимым предкам всегда был притесняем, находясь под постоянной слежкой и контролем.

Так, однажды, во времена халифа Мухтади, имам попал в тюрьму Салиха ибн Вусайфа. Салих ибн Вусайфа поручил двум своим ближайшим дружкам-негодяям строго следить за его светлостью. Однако они попали под влияние имама Аскари, видя его искреннюю любовь и почтение к Всевышнему. В другой раз, имама посадили в тюрьму Нахрира. Тамошний палач, проявлял к нему жестокость. Жена Нахрира сказала ему: «Побойся Бога. Ведь ты не знаешь, что за человек находится у тебя в доме». Далее она рассказала ему о поклонениях и достоинствах имама и еще, что она боится за зло, причиняемое им его светлости.

Нахрир ответил: «Клянусь Аллахом, я брошу его к хищным животным». Получив разрешение у правителя, он бросает имама Аскари в клетку с хищниками. Нахрир был уверен, что звери разорвут его на части. Но вопреки своим ожиданиям, он обнаружил его целым и невредимым, совершающим намаз, в то время как животные смиренно окружали его. Раздосадованный этим, он приказал отправить имама домой.

Во времена своего правления, Му’тамад также приказал посадить имама Аскари и его брата Джа’ фара в тюрьму под присмотром Али Джарина. Халиф постоянно справлялся о положении имама, и ему докладывали, что дни его светлость проводит, соблюдая пост, а ночи – в молитвах и поклонах.

Однажды Му’тамад спросил у Али Джарина об имаме и получил прежний ответ. Тогда он велел ему немедленно пойти к имаму, передать ему его приветствие и сопроводить домой.

Али Джарин рассказывает: «Я пошел к имаму и... увидел, что он надел свою одежду и готов пойти со мной. Увидев меня, он поднялся с места. Я передал ему сообщение халифа. Затем он сел верхом, но не тронулся. Я спросил его о причине задержки.

- Я жду прихода Джа’фара, – ответил он.

- Но эмир дал приказ лишь о вашем освобождении, а о Джа’фаре он и не обмолвился, - возразил я.

- Пойди к нему и скажи, что мы происходим из одной семьи. И если я вернусь один без Джа’фара, то произойдет нечто, о чем ему небезызвестно.

Али Джарин пошел к эмиру и, вернувшись, сказал имаму: «Он говорит, что освобождает Джа’фара, благодаря Вам. Он заключил его в тюрьму из-за совершённого им преступления и предательства по отношению к Вам и себе».

Тогда Джа’фар был также выпушен на волю и вернулся домой в сопровождении своего брата.

* * *

Из того, что мы коротко рассказали вам об обстановке, царившей во времена правления халифов, становится ясно, что имам Аскари жил в крайне тяжелое время. Господствующий режим, неустанно следил за имамом и не раз заключал его в тюрьму. История свидетельствует о том, что даже в то время, когда имам не находился в заключении, его связи были под контролем, и его приверженцы и последователи не могли свободно общаться с ним. Иногда, некоторые из них попадали в дом к имаму Аскари с помощью некоторых влиятельных Алавидов.

В книге «Кашф аль Гумма» написано: «Некий Алавид, во времена имама Хасана Аскари шел из Самарры в Джабал (так называемая горная часть западного Ирана, от Хамадана до Казвина) на заработки. По дороге ему встретился один из приверженцев имама (по происхождению халванец), который спросил его:

- Откуда путь держишь?

- Из Самарры.

- Знаешь ли ты такой-то район и улицу?

- Да, знаю.

- Имеешь ли ты сведения об имаме Аскари?

- Нет.

- Что тебя привело в Джабал?

- Иду на заработки,

- У меня есть 50 динаров. Возьми их себе и идем со мной в Самарру, а затем доставь меня в дом Хасана ибн Али.

Алавид согласился и отвел его к имаму...

Из вышеупомянутого явствует, каково было положение имама Аскари вне тюрьмы, степень надзора над ним со стороны государства. Так что сторонникам его светлости нелегко было с ним связываться и чтобы встретиться, они должны были быть предусмотрительны и осторожны. Даже Алавиды и родственники имама не могли много видеться и поддерживать отношения с ним.

 

Личность имама и особенности его нрава

Нравственные достоинства и душевное совершенство, величие и благородство имама Аскари (да будет мир с ним!)  признавали не только его приверженцы, но и враги. Хасан ибн Мухаммад Аш’ари, Мухаммад ибн Яхья и некоторые другие, повествуют о том, что Ахмад Абдулла ибн Хакан был управляющим земель и поземельного налога города Кума. Однажды, в его обществе разговор зашел о Алавидах и их убеждениях. В ходе беседы, Ахмад, будучи упрямым насибитом[714] и отклонившимся от традиций Пророка и его непорочного рода, сказал: «В Самарре, среди Алавидов, семьи имама и Бани Хашим, я не слышал и не видел кого-либо, кто бы сравнился с Хасаном ибн Али ибн Мухаммадом ибн Али ар-Риза (т.е. имам Аскари) в методичности, степенности, целомудрии, благородстве и всяком превосходстве. Его семейство отдавало ему предпочтение перед взрослыми и уважаемыми членами своих семей. Кроме того, точно также к имаму Аскари относились главнокомандующие войсками и визири.

Помню как-то я находился рядом со своим отцом[715], когда стражники принесли весть о прибытии Абу Мухаммада Ибн ар-Риза (т.е. имама Аскари). Мой отец громким голосом сказал: «Пусть войдет».

Я очень удивился тому, что в присутствии моего отца стражники назвали имама по конье и с почтением. Поскольку они имели права это делать[716] только лишь по отношению к халифу, его престолонаследнику или тому, кого правитель приказал так называть. К нам вошел смуглолицый, статный, красивый, хорошо сложенный, молодой, величавый, внушительного вида мужчина. Увидев его, мой отец поднялся с места и пошел к нему навстречу. Я не помню, чтобы он (отец) вел себя точно также с кем-либо из бани Хашим или с командирами войск.

Обняв пришельца, он поцеловал его лицо и грудь. Затем взял его за руку и посадил имама на свой молитвенный коврик. Сам сел рядом, обратив свое лицо к нему и начал с ним беседу. В ходе разговора, он говорил ему «Да буду я жертвой ради Вас!»

Я видел все это и был поражен происходящим. Вдруг вошел стражник и объявил о прибытии Муваффака Аббаси. По обыкновению, перед приходом Муваффака стражники и командиры его войск выстраивались в два ряда, от двери дома до зала, где мой отец встречал его.

Внимание моего отца было обращено к Абу Мухаммаду и он беседовал с ним до тех пор, пока не завидел слуг Муваффака. Тут он обратился к имаму с такими словами: «Да буду я жертвой ради Вас! Если Вам угодно, не изволите ли вы уйти?» Затем, он приказал стражнику провести имама Аскари сзади двух рядов воинов, дабы Муваффак не заметил его светлость. Имам поднялся со своего места, мой отец тоже встал и обнял его. Когда имам Аскари ушел, я с удивлением спросил у стражников и слуг моего отца:

- Кто тот человек, которого в присутствии моего отца вы назвали по конье и мой отец так обращался с ним?

- Он один из Алавидов - ответили они. - Его зовут Хасаном ибн Али и он известен под именем «Ибн ар-Риза»[717]

Тут мое удивление удвоилось; весь тот день я был встревожен и задумчив. Наступил вечер. После вечерней молитвы мой отец имел обыкновение рассматривать сообщения и дела, которые было необходимо довести до ведома халифа. Помолившись, он сел. Я подошел и тоже сел. Рядом с моим отцом никого не было. Он спросил меня: - Ахмад! У тебя есть дело ко мне? - Да, отец. Если вы разрешите, я скажу - ответил я.

- Ну что ж. Говори.

- Отец! Кто тот человек, которого я видел сегодня утром к которому ты относился почтительно и, разговаривая с ним, говорил ему: «Да буду я жертвой ради Вас», и приносил в жертву себя, своего отца и мать?

- Сын мой! Это имам и руководитель рафизитов[718] - Хасан ибн Али, известный под именем Ибн ар-Риза, - пояснил мой отец и после нашего недолгого молчания он продолжил:

- Сын мой! Если аббасидские халифы утеряют власть, то из хашимитов только он (имам Аскари) достоин быть главой государства. И это вследствие его превосходства, целомудрия, аскетизма, поклонения, добронравия и других достоинств. Если ты бы видел его отца, то нашел бы, что он благородный и совершенный человек.

После этих слов, я все больше стал раздумывать, беспокоиться и гневаться на отца. И самым важным для меня были расспросы и изыскания об имаме. У кого бы я ни спрашивал о нем - у бани Хашим, главнокомандующих войсками, писателей, судей, факихов и других людей - я понимал, насколько имам обладает величием и почтением. Все говорили о нем только хорошее и отдавали ему предпочтение перед всем его семейством и его старшими членами.

Таким образом, имам возвеличился в моих глазах, поскольку и друг, и враг отзывался о нем хорошо и восхвалял его».