uzluga.ru
добавить свой файл
1 2
Архимандрит

Василий (Пронин)

(08.09.1911 – † 05.01.1997)


В истории Православной Церкви в Закарпатье в ХХ веке оставили заметный след многие выдающиеся деятели. Среди них есть столь известные архипастыри, подвижники благочестия, ученые и общественные деятели, как преподобные Иустин (Попович), Алексий (Кабалюк), Иов (Кундря), митрополиты Евлогий (Георгиевский), Вениамин (Федченков), Дорофей (Филип), архиепископ Аверкий (Таушев), профессор Георгий Геровский, академик М. Ф. Мурянов и многие другие. Каждый из них, в свое историческое время, оставил неизгладимый след в истории этого края.

Особое место в истории Закарпатья занимает имя архимандрита Василия (Пронина, 08.09.1911 – † 05.01.1997) – глубокого исследователя и в то же время подлинного аскета и знаменитого духовника. Его литературное наследие понуждает задуматься над историческим прошлым нашего края. И потому всякий уважающий себя исследователь Православия за Карпатами в XX столетии не может обойти вниманием эту уникальную, многогранную личность.

Конечно же милость Божия безгранична ибо отец Василий, котрому не смотря на приглашение еще осенью 1939 года известного митрополита Восточно-Американского и Нью-Йоркского, председателя Архиерейского Собора и Синода, первоиерарха Русской Православной Церкви Заграницей Анастасия (Грибановского) (1873-1965), через графа Граббе перейти в Южную Америку, а со временем в Палестину – он остается на Закарпатье1.

Жизненный путь будущего духовника Мукачевского Николаевского монастыря архимандрита Василия (в миру Владимира Василиевича Пронина) начался в городе Киеве, где он родился 8 сентября 1911 года2. По своему происхождению он принадлежал к древнему дворянскому русскому роду Прониных3.

Детство Владимира проходило в общей колее его сверстников. Исключением в характере Владимира в те годы было какое-то уже взрослое послушание родителям, глубокое благочестие, любовь к храму Божию, что естественно являлось заслугой его благочестивых родителей Василия и Ираиды.

В 1917 году после большевистского переворота много верных Богу и родине сынов и дочерей были вынуждены покинуть свои дома. Среди таких оказалась и семья Прониных, которая эмигрировала сначала в Молдавию (тогда это была территория Румынии), а потом в Сербию.

Как и все отроки, достигшие семи лет, Владимир вступил в начальную школу, которую окончил в 1921 году в городе Кишиневе4. После окончания начальной школы, Владимир продолжил свое обучение до 1929 года, в том же городе в русской гимназии.

Жажда Бога и стремление к познанию истины привели выпускника гимназии сначала в духовную семинарию, а потом и в Белградский университет на богословский факультет.

С благословения родителей в 1929 году Владимир поступает в православную семинарию в честь святого апостола и евангелиста Иоанна Богослова в городе Битоль (Охридская епархия, сегодня это территория Республики Македония). Поступить в Битольскую семинарию в то время было тяжело, так как из тысячи кандидатов принимались лишь около ста, а потому вступительные экзамены были очень сложными. Владимир эти экзамены сдал положительно, и также учился на всех курсах.

Из дневника Владимира узнаем, что во время обучения как в гимназии, так и семинарии студент Владимир (Пронин) просто жил в библиотеке. Его интересовало множество вещей, на которые он всегда искал ответы. Очень любил литературу, философию, археологию, историю, лингвистику. Его любимыми писателями были С.Н. Тургенев, Ф.М. Достоевский, М.Ю. Лермонтов, А.П. Чехов, С.А. Есенин.

Помимо своего главного послушания – учебы, молодой студент постигает и азы духовной жизни, активно общается со многими святителями Русской и Сербской Православных Церквей. В тяжелые для Церкви времена в духовной семинарии Битоля обучались и выходцы из Закарпатья, которые после учебы возвращались домой, и служили Церкви Христовой на своей родине.

Именно здесь Промыслом Божьим семинарист Владимир впервые в своей жизни встречается с многими будущими святыми: преподобным Иустином (Поповичем, 07.04.1894 — 07.04.1979), который с декабря 1930 по январь 1932 находился в миссионерской поездке в Подкарпатской Руси, а с 1932 по 1934 год был профессором Битольской семинарии, святителем Николаем (Велемировичем, 23.12.188018.03.1956), а также с известным святителем Православной Церкви, тогда еще иеромонахом Иоанном (Максимовичем, 04.06.1896 — 19.06.1966).

Множество известных профессоров, доцентов обучали и наставляли тогда молодых богословов в семинарии, но самым значительным наставником и воспитателем был отец Иоанн, который преподавал в то время в семинарии и был ее руководителем. Твердая вера, добрый нрав, добродетельная и подвижническая жизнь отца Иоанна стали юноше примером для подражания. Именно его Владимир попросил быть его духовным наставником. Будущий святитель, видя доброе сердце юноши, тоже расположился к нему. И хотя в 1934 году отца Иоанна возводят в сан епископа, и он уезжает в далекий Шанхай, сердечное общение между ними продолжалось до самой смерти святителя, теперь уже в письменной форме5. В архиве Мукачевской епархии сохранилась уникальная и глубокая по своему духовному содержанию переписка между святителем Иоанном и тогда еще иеромонахом Василием (Прониным)6.

Впоследствии отец Василий много раз вспоминал владыку Иоанна в своих беседах с духовными чадами, которым ставил в пример его подвижничество и аскетический опыт.

Однажды в своем дневнике отец Василий записал: «Когда я начинал думать о христианстве, о вере, то вспоминал епископа Иоанна. […] Владыка Иоанн мне дорог, как дорога мне жизнь, ибо я живу и дышу и существую по его молитвам. От него я видел любовь и веру, и эта вера дала мне силу жизни»7.

С 1933 по 1937 год выпускник семинарии с успехом продолжает свое обучение на Богословском факультете Белградского университета, где он стал стипендиатом Священного Синода Сербской Православной Церкви8.

После завершения учебы молодой богослов направляется проповедником Слова Божия в Мукачевско-Пряшевскую православную епархию, которая в то время была в юрисдикции Сербской Церкви.

О своих первых впечатлениях от встречи с Закарпатьем он писал: «Будучи еще студентом на богословском факультете Белградского университета я заинтересовался Карпатской Русью. Тогда она мне казалась западной страной, о которой так мало было известно. Там же учились несколько студентов из Закарпатья. Кроме того, некоторые из карпаторусских деятелей проживали тогда в Белграде и интересовались учащимися из Бессарабии, которых было несколько и которые были туда направлены от русского меньшинства. Но после окончания школы никто из нас не мог вернутся в Бессарабию для церковной работы; меньшинство придерживалось старого стиля, а официально там был новый календарь.

В конце 1938 года мне представилась возможность поехать на Карпаты. В неспокойное время, в середине ноября прибыл я в Мукачево и в течении 17 лет, безвыездно (кроме 2 месяцев пребывания в Почаевской Лавре в 1949 году) прожил на Закарпатье. Неизгладимо впечатление, когда после обычной городской обстановки видеть перед собой закарпатские деревянные церкви, хижины, видеть людей в народной одежде, слышать закарпатский говор. Возникает непосредственное ощущение древности славянских поселений на Карпатах. Это другой мир, мир наших летописей; точно въезжаешь в до Петровскую, до Пушкинскую Русь»9.

После двух лет пребывания в пределах Мукачевской епархии будущий подвижник, следуя примеру святой жизни своего наставника и духовника, принимает решение о принятии монашества. Несомненно, именно личность владыки Иоанна, его жизнь, проповеди и письма, пробуждают в душе Владимира желание служить Богу в монашестве.

11 марта 1939 года преосвященнейший Владимир (Раич, 1938-1945), епископ Мукачевско-Пряшевский в Крестовом храме Архиерейского дома в городе Мукачево, постригает Владимира в малую схиму, с именем Василий, в честь блаженного Василия Христа ради юродивого, Московского чудотворца10. Через день после монашеского пострига в том же храме и тот же епископ совершает над монахом Василем диаконскую хиротонию. 25 июня того же года в Покровском храме села Ракошино, иеродиакон Василий был рукоположен в сан иеромонаха.

Поздравляя иеромонаха Василия с принятием монашества и иерейской хиротонией, епископ Шанхайский Иоанн (Максимович) писал: «Возлюбленный о Господе отец Василий! Поздравляю Вас прежде всего с принятием иночества и священства, а также с имеющим быть через два дня Днем Вашего Небесного Покровителя. От души порадовался я, получив Ваше письмо. […] Приняв иночество и став на службу Церкви в многострадальном русском крае, Вы пошли правым путем и полезным Вам и другим. Конечно будут у Вас и уже были искушения ибо сказано: «Сын мой! Если ты приступаешь служить Господу Богу, то приготовь душу твою к искушению» (Сир. 2, 1), сказано Премудрым. Искушения неизбежны в иноческой жизни. Диавол особенно вооружается против тех, кто борется с ним и уходит из его власти. Искушения бывают различные – от своих собственных пороков и слабостей, которые искореняются не легко, от разных неудач, от отношений (с) окружающими. Особенно тяжело бывает, если чувствуется несправедливость от тех, от кого ожидаешь поддержки и надеешься в них искать опору. […] Все люди в каком бы они состоянии не находились, все же люди и также подвержены искушениям.

Тяжело очень бывает и когда видишь неудачу искренних трудов и получаешь огорчения от тех, от коих надеешься иметь радость (2 Кор. 2, 3). В таких обстоятельствах (старайтесь – О.М.) прибегнуть к Самому Богу, горячо излив Ему свою душу. При том лучше не молится правило об удалении скорби, а молится о тех, от кого она пришла. Господь быстро приходит на помощь тогда, меняются обстоятельства или вливается сила Божья, укрепляется наш дух и духовная сила (для – О.М.) дальнейшей работе. Вообще молитва главное оружие инока и священника, да и всякому она необходима. 31 июля 1939 года»11.

В августе 1939 года отец Василий был направлен для пастырского служения вторым священником в село Бедевля Тячевского округа. В то же время он был зачислен в братию мужского монастыря в честь святого Иоанна Предтечи. Кроме служения у престола Божьего, молодой иеромонах преподавал в восьмиклассной народной школе Закон Божий12.

После кратких пребываний на приходах Мукаческой епархии, в апреле 1940 года иеромонах Василий был переведен для пастырского служения в Покровский храм-памятник русским воинам города Ужгорода. 27 мая того же года был назначен настоятелем указанного храма13.

Во время своего служения в городе Мукачеве и Ужгороде отец Василий непосредственно служил и общался с известным церковным деятелем отцом Аверкием (Таушевым, 01.11.190613.03.1976), который в 1931 году переехал в Подкарпатскую Русь из Болгарии.

Испытывая нужду в духовном руководстве и совете, иеромонах Василий постоянно поддерживал связь с епископом Шанхайским Иоанном (Максимовичем), который кроме всего прочего всегда живо интересовался положением дел церковных в Подкарпатской Руси.

15 февраля 1941 года отец Василий получает очередное письмо от епископа Иоанна с такими строками: «Дорогой отец Василий! Давно получил Вашу открытку, но за разными делами все откладывал писание ответа, хотя и имеел открытку почти все время перед глазами. […] Да поможет Вам Господь и дальше трудиться в Его Святое Имя и принесет пользу душам тех, которые будут вверены Вашему попечению.

Не ослабевайте духом, если будут трудности. «Претерпевый же до конца, той спасен будет» (Мф. 10, 22) и в нынешнее время без искушений не хороший пастырь. Борьба против веры идет везде. Да подаст Вам Господь успех в Вашей работе. Карпаторусский край столетиями хранил веру и народность, несмотря на все попытки заменить их другими. Он был всегда и останется близким моему сердцу и любовь великая своих учеников, которых подготавливал на служение Церкви. Передайте пожелания прочим кого из них увидите. Я буду очень рад, если переведете на русский и издадите мое «Слово о Молитве». Очень Вас прошу прислать тогда и мне несколько экземпляров. Как внутренне живете и спасаетесь? Господь да наставляет и да поможет Вам! Да будет на Вас Божие благословение. С любовью Иоанн, епископ Шанхайский»14.

В том же году 15 апреля владыка Иоанн написал еще одно письмо, в котором поздравил отца Василия с праздником Пасхи, вкратце описал свое положение и интересовался церковными делами в Карпатской Руси.

«Христос Воскресе! Дорогой отец Василий. Благодарю Вас за поздравление со Светлым Праздником. Очень был рад получить от Вас весть, а также вид храмов. […] Рад был некоторое время назад получить письмо от о. Василия Гречки. Большую мне радость доставило известие об избрании во епископы о. Феофана Сабова. Рукоположен ли он уже, где и когда? Рад за епархию и за своего хорошего ученика. Вспоминаю всех своих учеников – карпаторусов и душою пребываю с ними. Да даст Господь Вам и всем им поработать для края, где русский народ так нуждается в пастырях с пользой для святой Церкви и нашей Родины. Вы спрашивали меня об издании моего (слова) о молитве в русском переводе. Очень буду рад, если удастся Вам его издать. Беспокоюсь очень за своих учеников в других странах, а также о всех, кого только знаю. […] Крепитесь, не падайте духом, если когда бывает тяжело уповайте на Воскресшего Христа, всегда служите Ему. Господь да благословит и хранит Вас! С любовью Иоанн, епископ Шанхайский»15.

В Покровском храме батюшка подвизался десять лет. Многое можно написать об этом периоде служения отца Василия, но, наверное, самым главным свидетельством о его деятельности являются многочисленные записи о Таинствах Крещения, Венчания в метрических книгах Покровского храма. Здесь открылось великое поле для его педагогической и миссионерской дельности. Известно, что во время Второй мировой войны иеромонах Василий был учителем Закона Божьего в школах города Ужгорода, а 1946-1947 гг. он преподавал на Пастырских курсах, открытых по благословению владыки Нестора. До 1956 года отец Василий также состоял экзаменатором для желающих принять священный сан.

По роду своей миссонерской деятельности батюшка постоянно прибегал к совету свого духовника. В одном из писем владыка Иоанн писал: «Ваше письмо получил уже давно, да все как то откладывал ответ. Здесь бурхлит многомятежная жизнь, приходится все время быть готовым, отвечать на людские духовные нужды и запросы. […] Вот по той же причине я Вам не ответил до сих пор. […] Деятельность здесь весьма разнообразная. Русские учреждения в большинстве работають подь (сенями – О.М.) Церкви. Так что часто приходится бывать или принимать дела то одного, то другого. Весьма значительное внимание также нужно уделять воспитанию детей в русских школах и приютах. Приюты для сирот и бедных детей находятся под моим непосредственным руководством. Благодаря тому, без дела никогда не приходится бывать, но нужно сказать, что русское дело здесь более живое и действительно нужное, чем в Белграде. […]

Очень бы я хотел подробнее знать, что у Вас делается. Карпатский край мне очень близок, как древний русский край, а также и моим ученикам, которых порядочно (теперь – О.М.) на приходах и других церковных послушаниях. Очень буду также доволен, получить весть о Вас самих. С радостью буду стараться быть Вам полезным, если будет нужным. Не стесняйтесь задавать мне вопросы, которые у Вас появятся. […] Господь да укрепит Вас на пути священноинока и да благословит Вас! Искренне располагающий на Вас, Иоанн епископ Шанхайский»16.

Важно отметить, что в годы войны отец Василий также принимал активное участие в деятельности Международного комитета Красного Креста. Он возглавлял Венгерский Красный Крест в городе Ужгороде. Благодаря и его стараниям в конце лета 1944-го были спасены эвакуированные «дети войны», часть которых проживала при Успенском женском монастыре в селе Домбоки17.

Это было время тяжелых материальных лишений. По воспоминаниям духовных чад отца Василия в те году «его кроватью был пол, подушкой была для него своя рука, столом, на котором он ел, была кровать и простыней — газета, когда он пух от голода».

После окончания войны в Покровском храме был отслужен благодарственный молебен «о победе и мире»18. За старательные труды и самоотверженное служение Церкви и людям к празднику Пасхи 1946 года иеромонах Василий был награжден «правом ношения игуменского четырехконечного золотого наперсного креста»19. А спустя год (25 апреля 1947 года) за Божественной Литургией в Крестовом храме архиерейского дома в Мукачеве на основании указа Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия I епископ Нестор возводит иеромонаха Василия в сан игумена20.

Известно, что согласно списку духовенства, который был подготовлен и отправлен епископом Нестором 29 марта 1947 года, уполномоченному Совета по делам Православной Церкви при Совете Министров СССР по Закарпатской области Линтуру П.В., отец Василий был награжден «Медалью за доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.»21.

Подъятые труды для утверждения Православия во время пребывания отца Василия в Свято-Покровском храме родили великую любовь к нему и к храму простых верующих людей.

Ярким эпизодом, демонстрирующим уважение и любовь прихожан к подвижнику, служит история, когда, епископ Мукачевский и Ужгородский Илларион (Кочергин) (17.03.1950-05.09.1956) хотел перевести игумена Василия из Ужгорода, в другое место служения. Прихожане Свято-Покровского храма, услышав об этой вести, сразу написали владыке дышущее любовью к батюшке письмо.

Среди прочего, в письме написано следущее: «Преосвященный Владыко! […] Отец Василий много лет жил при этом храме, жил в период полного забвения всеми этого святого места, и терпел крайние лишения. Известно, например, что до прихода сюда русских отец Василий попадал в больницу за полным отсутствием средств к существованию и врачи, осуждая, говорили, что русский священник болеет и опух от голода. И он по своей скромности и тихости жил не бросая места свого служения, терпеливо перенося невзгоды. И было в тот период часто так, что он совершал Богослужение в абсолютно пустом храме даже без единого человека молящихся. […] Отец Василий, как человек с чистым сердцем добродушно все переносил, полагая, что при честной жизни и честных побуждениях ничего злого не случится. […] Это честный человек с чистым серцем и жизнью достойной подражания по моральной чистоте. В сущности это большой ребенок. […] Храм Покрова Пресвятыя Богородицы, где отец Василий провел больше 15 лет – стал его домом. […] Преосвященный Владыко! Во имя восстановления справедливости верните отца Василия в его дом. Здесь прихожане ценили и уважали его, как достойного человека высокой и чистой жизни и с простым и незлобивым сердцем. Русским он еще близок и за то, что строго хранит обычаи Русской Православной Церкви без отступлений»22.

24 июня 1950 года, указом епископа Иллариона игумен Василий был освобожден от настоятельства в Покровском храме города Ужгорода и назначен духовником Успенского женского монастыря в селе Домбоки Мукачевского района. Здесь, несмотря на краткое пребывание, он пишет известный акафист преподобному Моисею Угрину23.

18 декабря 1950 года игумен Василий был переведен в Мукачевский Николаевский женский монастырь. Об этом говорилось в указе епископа Иллариона от 30 июня 1951 года, где сообщалось, что игумен Василий (Пронин) был освобожден от должности духовника Успенского женского монастыря в селе Домбоки и назначен на должность библиотекаря и заведующего художественной студией Николаевского женского монастыря в городе Мукачево24.

Именно здесь, в одном из немногих монастырей Закарпатья, не закрытом в годы хрущевских гонений, отец Василий прожил вторую половину своей жизни. Именно здесь суджено ему было стать «старцем» — человеком, к которому стекались за советом и помощью. В эпоху духовного голода его проповедь становилась «хлебом насущным» для тысяч людей.

За время своего пребывания на должности библиотекаря Николаевского женского монастыря игумен Василий приводит в порядок огромную монастырскую библиотеку25, и в тоже время, активно работает над своим научным трудом по истории Мукачевской епархии. Всего за три года он пишет работу, и успешно защищает ее Московской духовной академии.

Приступая к написанию этого труда и исследуя источники по истории Мукачевской епархии в своем дневнике батюшка отметил следующее: «С конца 1950 г., проживая в Мукачевском монастыре на Чернецкой горе и работая в библиотеке, мне представилась возможность ближе и подробнее ознакомится с литературой по истории Закарпатской Церкви, результатом чего и явилась «История Мукачевской Епархии с древнейших времен до первой мировой войны 1914 г.».

В самом Мукачевском монастыре, который столько столетий является средоточием духовной жизни епархии, где подвизались в течении многих столетий множество иноков, где хранятся древние портреты, рукописи и книги, монастырь где велась летопись и была уже в XVII в. школа, с которым связано там много церковно-исторических воспоминаний, – у всякого, кто только в какой либо степени способен открывать свою душу влияниям минувшего, – невольно возникает интерес к церковной истории. […] Первые впечатления это то, что книг о Закарпатье немного. В действительности, их оказывается все больше и больше, хотя многие из них являются библиографической редкостью. Но сколь разнообразно освещение в этих книгах! Будто авторы специально отыскивают все новые и новые точки зрения. Впрочем, это понятно, если учесть все разнообразие эпох и людей. Но кроме книг, особый интерес представляют архивные материалы, летописи, рукописи, древние храмы, иконы, и т.п. предметы церковной утвари, археологические находки; а также вспомогательные дисциплины и наконец сам обряд, благодаря которому дошла до сего дня сама вера, как она проявляется ныне. Большое значение имеет язык, т.е. форма словесного выражения религиозных понятий»26.

Из его личного дела известно, что 21 октября 1954 года игумен Василий пишет прошение на имя ректора Московской Духовной Академии (МДА) профессора протоиерея Константина Ружицкого на предмет защиты в стенах школы своей диссертации. Уже 2 ноября 1955 года постановлением Ученого Совета МДА было определено «срочно представить в Совет Академии два экземпляра диссертации». Сообщение об этом было прислано в письме от 16 ноября 1955 года ректором МДА.

В июне 1956 года отец Василий едет в Троице-Сергиеву Лавру в стены МДА. Через два года, в 1958 году за диссертацию «История Мукачевской епархии (с древнейших времен до Первой Мировой войны 1914 г.)», Ученым Советом МДА ему была присвоена степень кандидата богословия27.

С 1950-х годов отец Василий начинает публиковаться в церковной периодике. Так в декабре 1950 года в «Журнале Московской Патриархии» появилась его первая публикация —некролог «Кончина игумении Февронии»28, с тех пор он становится постоянным автором этого журнала29. Его статьи появляются и в журнале «Православний вісник», который тогда выходил во Львове, а также в периодических изданиях Чехословацкой Православной Церкви. В сборниках «Православная Мысль» и «Ежегодник Православной Церкви в Чехословакии» печатаются его статьи: «Протоигумен Иоаникий Базилович (1742-1821)»30, «Закарпатское Евангелие 1401 года»31, «Где был напечатан Урбариум?»32, «К истории Мукачевского монастиря»33, «К истории Угольського монастыря»34. В журнале «Православний вісник» с 1956 года появились следующие публикации отца Василия: «Ієромонах Василій (Діус)»35, «Зустріч і перше Богослужіння Преосвященного Варлама, єпископа Мукачівського і Ужгородського в кафедральному соборі м. Мукачева»36, «Празник Успення Пресвятой Богородиці у Свято-Миколаївському монастирі в Мукачеві»37, «Преподобний Серафим Саровський (до 200-ліття з дня народження)»38, «Престольне свято в Мукачівському монастирі»39, «До шістьсотріччя Мукачівського монастиря»40. Этот список можно продолжить.

1960-е годы были непростым для Церкви временем. Однако, как сказано в Священном Писании, идеже умножится грех, тамо преизобилует благодать (Рим 5, 20). Именно в эти тяжелые времена Господь даровал Православной Церкви в Закарпатье великих подвижников благочестия, которые своим примером и проповедью укрепляли веру и дух в людских сердцах. Достаточно вспомнить сегодня уже канонизированного архимандрита Иова (Кундрю)41, архимандрита Вениамина (Керечанина)42, архимандрита Викентия (Ороса)43, архимандрита Доримедонта (Андришко)44 и его родного брата Савву, архимандрита Боголепа (Церковника)45, игумена Кириака (Росоху)46, игуменью Параскеву (Прокоп)47 и др. Их имена золотыми буквами вписаны в летописи Мукачевской епархии.

Именно в это время подвизался в Николаевском монастыре в Мукачеве и архимандрит Василий. Ему судилось в своей жизни общаться со многими исповедниками и подвижниками. В эпоху подъема монашеской жизни в Закарпатье сюда приезжали в силу разных обстоятельств и многие монашествующие, имена которых хорошо известны всему православному миру. В 1960-е годы в Мукачевском монастыре подвизались архимандрит Тихон (Агриков)48, архимандрит (впоследствии — епископ) Поликарп (Приймак)49 и другие известные церковные деятели.

Архимандрит Василий был человеком высокообразованным. Он знал четырнадцать языков. В совершенстве владел латинским и греческим, читал и разговаривал на английском, французском, немецком, словацком, венгерском, румынском, сербском и других языках. В его библиотеке было даже Евангелие на узбекском языке.

Среди множества его научно-богословских работ есть труды, как естественнонаучные, так и богословские. Достаточно посмотреть вышеперечисленные, хотя были и другие работы и статьи50. Все они ярко иллюстрируют его глубокие интересы и эрудицию. Свои последние статьи, изнемогая от болезни, старец писал буквально лежа на постели. В 1994 и 1995 годах в журнале «Карпатский Край» выходят две его последние публикации — «Гравитация и ее формы: универсальный закон и синтез»51 и «Языком двух царств»52.

Широта взглядов и глубина познаний отца Василия были несоизмеримо впереди своего времени. Приведем лишь один пример. В своей статье, посвященной законам гравитации (1994 года), отец Василий писал: «Возможно ли создать такой ускоритель или другой аппарат, в котором микрочастицы (протоны, электроны, нейтроны и др.) вновь перейдут в протогравитационное состояние и будут концентрированы в протогравитационную энергию? Это было бы одним из самых больших физических успехов как для объяснения мира, так и для практических целей»53. Это был 1994 год! Только лишь в 2008 году группа европейских ученых запустила первый в мире колайдер для ускорения атомных частиц, дабы сделать попытку воспроизвести атомный взрыв, в результате которого, как им кажется, возникла вселенная. Таких примеров масштабного мышления отца Василия множество.

О глубине его научных интересов свидетельствует и тот факт, что он был близко знаком с академиком Академии наук СССР М. Ф. Мурьяновым. Последний, по просьбе отца Василия, несколько раз присылал ему свои научные труды с собственной подписью: «Его высокопреподобию, дорогому отцу архимандриту Василию Пронину»54. Его общение с професором Г. Геровским, известным карпатоведом Пряшевского университета Е. М. Рудловчак и другими учеными всегда удивляли и никогда не были секретом и тайной. Множество писателей, художников, ученых приезжали к батюшке, и со всеми он находил общий язык. Среди последних были В. Пагиря, П. Мидянка, М. Дочинец, П. Сова, М. Алмаший, Е. Балагури и другие. У него в кельи находился маленький музей, где хранились уникальные вещи, связанные с его научными интересами.

Отец Василий очень любил церковное искусство и живопись. Он сам писал иконы. В Мукачевском монастыре раньше существовала мастерская, где он учил монахинь писать иконы. Его руке принадлежат иконы святителя Николая и святого Иоанна Предтечи, которые сегодня находятся в иконостасе Николаевского храма в Мукачевском монастыре. В том же храме слева на стене висит икона Божьей Матери, именуемая Закарпатская. В корпусе монастыря сохраняется написанная им картина «Явление ангела на реке Латорице князю Феодору Корятовичу». В Свидницком музее (Словакия) находится портрет Александра Духновича работы отца Василия. Сохранился также портрет Ивана Раковского его работы.

Кроме всего прочего отец Василий составлял богослужебные тексты. Много тропарей, кондаков святым угодникам принадлежат его перу.

Не взирая не такую степень учености, дар писателя и проповедника батюшка был человеком большого смирения. Больше всего он любил молчать, говорил только то, что необходимо. Его одно слово заменяло целый ответ. Батюшка всегда был спокойным, вежливым, ласковым. Никого никогда не упрекал, не обижал. Всем говорил на «Вы», даже самой малой послушнице.

Много людей посещало Мукачевский монастырь, чтобы пообщатся с отцом Василием.

За свои труды, согласно резолюции (№ 456) от 16 марта 1955 года «к празднику Пасхи» 1955 года, по благословению Святейшего патриарха Московского и всея Руси Алексия I, епископом Мукачевским и Ужгородским Илларионом игумен Василий был награжден палицей. Спустя три года, 15 апреля 1958 года архиепископом Мукачевским и Ужгородским Варлаамом (Борисевичем, 05.09.1956 — 05.07.1961) в Николаевском храме Мукачевского женского монастыря игумен Василий был возведен в сан архимандрита55.

Архимандрит Василий был подвижником, который благодаря своей вере, делам и любви приблизился к идеалу святости, и этот идеал, подобно светильнику, поставленному не под спудом, а на подсвечнике, был в его лице явлен нескольким поколениям православных христиан. За свою чистоту и смирение архимандрит Василий 21 февраля 1962 года указом епископа Мукачевского и Ужгородского Николая (Кутепова, 10.09.1961 — 09.10.1963) был назначен на почетную должность епархиального духовника.

Если несколькими словами охарактеризовать суть духовного облика отца Василия, то этими словами могут быть чистота сердца, любовь, радость, мир души, незлобие. Его сердце было переполнено любовью к людям, и он с такой щедростью дарил любовь каждому приходящему к нему, что самые окаменелые сердца умягчались под воздействием этой любви.

Кроме непосредственного духовничества отец Василий нес и другие епархиальные послушания. Так, согласно распоряжению № 31 от 13 июня 1963 года епископа Мукачевского и Ужгородского Николая была создана «Комиссия по проверке документов псаломщиков», в состав которой входили архимандрит Василий (Пронин), протоиерей Степан Копик и протоиерей Николай Пуза.

4 января 1964 года архимандрит Василий по благословению епископа Мукачевского и Ужгородского Боголепа (Анцуха, 09.10.1963 — 05.02.1965) был назначен духовником Николаевского Мукачевского женского монастыря. За усердные труды 22 мая 1966 года Святейший Патриарха Алексий I удостоил архимандрита Василия Патриаршей грамоты, которую отцу Василию вручил за богослужением в Свято-Николаевском храме Мукачевского женского монастыря архиепископ Григорий.

О пастырских трудах отца Василия говорят не только возрожденные верой человеческие сердца, но и характеристики, которые были написаны на его имя правящими архиереями Мукачевской Православной епархии.

Так в характеристике, выданной игумену Василию (Пронину) 8 марта 1955 года, епископ Мукачевский и Ужгородский Иларион (Кочергин) написал: «Игумен Василий (в миру Пронин Владимир Васильевич) единственный из монашествующих Мукачево-Ужгородской епархии, окончивший высшее богословское образование. Занимая должность библиотекаря в Росвиговском женском монастыре, он сведущ и в иконописи и сам прилично пишет иконы. Как таковой, не перестает работать над собой и развивать свои познания. Он приносит большую пользу Росвиговскому монастырю, обучая одаренных инокинь иконописи. Как монах, он отличается смирением, молитвенностью и послушанием»56.

А архиепископ Григорий в характеристиках, данных отцу Василию, писал: «Архимандрит Василий (Пронин Владимир Васильевич) духовник Свято-Николаевского женского монастыря в городе Мукачево-Росвигово, человек высокой нравственности, безукоризненно чистой жизни. Исключительно любит научную работу — в плоскости истории и археологии. Его труды обильны, некоторые из них напечатаны в церковных печатных органах. Пользуется глубоким уважением как духовенства, так и верующих»57.

В 1974 году по благословению Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Пимена (Извекова, 1971-1990) архимандрит Василий был удостоен права служения Божественной Литургии с открытыми Царскими Вратами до Херувимской песни58.

За время своего пребывания в Мукачевском женском монастыре отец Василий, будучи духовником не только монастыря, но и Мукачевского благочиния, а также епархии, принимал ставленнические исповеди перед рукоположением в сан диакона и священника. Об этом свидетельствуют многочисленные направления, которыми по благословению правящих архиереев Мукачевской епархии ставленники направлялись на исповедь перед хиротонией к архимандриту Василию. Кроме того, по благословенню правящего архиерея, ставленики направлялись в Свято-Николаевский женский Мукачевский монастырь к отцу Василию и для прохождения Богослужебной практики. Из 78 страниц личного дела архимандрита Василия более половины страниц – это справки епархиальной канцелярии об направлении к отцу Василию ставлеников на исповедь перед хиротонией.

Неоднократно по благословению правящего архиерея архимандрит Василий направлялся в приходы или в кафедральный собор для служения Божественной Литургии во время которой всегда говорил запоминающиеся проповеди и поучення, в основании которых отображались святоотеческое наследие и его духовный опыт.

Не взирая на старость, болезни, батюшка тщательно посещал службы. Он очень любил поминать записки. Бывало, пойдет на два часа раньше, закроется в храме и поминает все сам.

Батюшка был большим постником. Ел скромную монашескую пищу, да и то в малом количестве. Где бы он не находился всегда молился. Молитва для него была вторым дыханием.

Самая большая добродетель, Божий дар, который имел архимандрит — это было смирение. Что бы ему не говорили, он всегда со смирением все принимал и делал. Будучи духовником, он всегда говорил: «Как мать игуменья благословит, так и делайте».

За его труды, за смирение, терпение, незлобие Господь сподобил батюшку дара прозорливости, которую он всегда скрывал.

Батюшка всегда наперед предвидел, когда к нему приведут на молитву одержимого бесом или душевно больного. За день-два он принимался святить келью и кадить ладаном. Но не всех он хотел принимать. Батюшка знал наперед, что больной не исправится, или кто-то пришел ради интереса. Он начинал отговариваться, что он болен и никого не принимает.

Батюшка знал время своей кончины. За неделю до смерти, когда врач посетил отца Василия, последний неожиданно сказал:

— Вы, видели, что было написано для меня при входе в обитель большими буквами?

— Нет, изумленно сказал доктор.

— Там было написано: «Идеже несть болезнь, ни печаль, ни воздыхание, но жизнь бесконечная».

Таким образом, подвижник ясно дал понять о приближающейся смерти.

Перед Рождеством Христовым 1997 года духовник резко ослаб.

Накануне смерти он сказал: «Я завтра умру». В ночь с 4 на 5 января 1997 года (около 2400) архимандрита Василия (Пронина) не стало. На похороны сошлось множество духовенства и знавших отца Василия людей. Чин монашеского погребения, которое состоялось 6 января 1997 года, возглавил архиепископ Мукачевский и Ужгородский Евфимий (Шутак, 28.08.1989 — † 19.01.2000).

По завещанию батюшки в его кельи находится монастырская библиотека. На его могиле горит неугасимая лампада – человеку, вера которого неугасимо освещала и освещает правый путь к Богу.

По благословению Предстоятеля Украинской Православной Церкви, Блаженнейшего Владимира, Митрополита Киевского и всея Украины в 2008 году было осуществлено перезахоронение из монастырского кладбища в Свято-Николаевский храм Мукачевского монастыря нетленных останков архимандрита Василия. Сегодня они почивают в мраморном крипте, с левой стороны при входе в храм.



следующая страница >>