uzluga.ru
добавить свой файл
1 2
А. Г. Мусанов (Сыктывкар, Россия)

История изучения коми географических названий


Богатая и разнообразная во многих отношениях топонимия Республики Коми уже в XV–XVI вв. привлекала внимание исследователей, но только в начале XX в. появляются собственно лингвистические труды, посвященные ее изучению.

Одним из важнейших источников начала изучения коми топонимии можно считать “Записки о Московитских делах” С. Герберштейна (1486–1566).1 Автор дважды в 1516–1518 и 1526–1527 гг. в качестве посла австрийского двора посетил Россию. Записки составлены на основе письменных и устных источников тех лет, содержат географический обзор Московской Руси XVI в., а также приводятся известия о соседних странах, землях и народах. Конкретно для коми топонимии представляют интерес названия рек и гор северного края. Герберштейн С. на основе недошедшего до нас русского “Дорожника” описывает путь на Печору, Югру и Обь. Здесь, кроме Печоры, встречаются гидронимы: Подчерем, Уса, Щугур, Чирка, Цильма, также упоминаются реки, протекающие ныне по территории Удорского района Республики Коми: Вычегда и Мезень. Для Уральского хребта автор “Записок…” приводит ряд названий: Земной пояс, Каменный пояс, Пояс, Камень, Большой Камень, Камень Большого Пояса, Пояс мира и земли, Столп. Работа, прежде всего, интересна как исторический справочник.

Древнейшим историко-географическим памятником XVII в. является “Книга Большому Чертежу”,2 представляющая собой довольно подробный пояснительный текст двух чертежей Русского государства: старого, год создания которого не известен, и нового, составленного в 1627 г. В “Книге” географическое описание построено в основном по рекам, как главнейшим путям сообщения того времени. Коми топонимия из “Книги” частично исследована немецким ученым В. Штейницем (Штейниц 1962: 109–111; Steinitz 1963: 197–199). В “Книге” рассматривается небольшая группа коми названий с переводом на русский язык: “Воикар или Ноцкои” (ср. коми вой ‘ночь, ночной’, кар ‘город’, ‘укрепление’), “Уркар или Белои” (ср. коми ур ‘белка, беличий’) и другие.

В 1724 г. указом Петра I в Петербурге была учреждена Академия наук. Ее деятельность развивалась как в области математических и естественных наук, так и изучения природных богатств, географии и этнического состава населения России.

В конце XVII в. в составе Оренбургской экспедиции Коми край посетил академик И. И. Лепехин (1740–1802). Эта известная географическая экспедиция в период с 1768 по 1772 гг., обследовала Поволжье, Урал, часть Сибири, Архангельский край и побережье Белого моря. Наиболее полно маршрут Оренбургской экспедиции описан в “Дневных записках путешествия доктора и Академии наук адъютанта Ивана Лепехина по разным провинциям Российского государства”. Издание было начато в 1771 г. и завершено в 1814 г., уже после смерти И. И. Лепехина.

Знакомство И. Лепехина с Коми краем началось с его южной территории — по рекам Лузы, Сысолы, Выми и до устья р. Вычегды. Автор утверждает, что ареал обитания зырян начинался от устья р. Вычегды, от селения Усть-Пырас (совр. Котлас). В третьем томе “Дневных записок” имеются описание многих рек, населенных пунктов, ценные сведения о языке и быте народа коми. В четвертом томе, большая часть которого написана и издана помощником И. И. Лепехина по экспедиции Н. Я. Озерецковским, есть небольшие главы “О Устьцыльме”, “О Ижме”, “Сведения о зырянах” и зафиксирован целый ряд топонимов.

В 1837 г. по поручению Петербургского ботанического сада по неисследованным районам северо-восточной части Европейской России совершил А. И. Шренк (1816–1876).3 Двухтомное описание путешествия вышло на немецком языке. В 1855 г. был опубликован русский перевод первого тома. Автор приводит географические названия, распространенные в Малоземельской и Большеземельской тундре, бассейне нижней Печоры, дает этимологии многих ненецких названий, иногда приводит легенды. Для немецкой передачи топонимов А. И. Шренк придумал оригинальную систему: гласные после палатализованных согласных обозначались дополнительными значками и буквами, например, Nådy/aj, Reumby/aj.

В географических и исторических трудах С. Герберштейна, И. И. Лепехина, А. И. Шренка содержится интересный топонимический материал, удачные попытки этимологизации отдельных названий.

В лингвистическом плане изучение коми географических названий связано с именем А. М. Шёгрена (1794–1855), первого русского академика финно-угроведа. Занимаясь проблемой расселения финно-угорских народов в древности и исследуя с этой целью как историко-этнографические, так и языковые данные, А. И. Шёгрен привлек богатый топонимический материал в ряде своих статей, особенно в “Die Syrjänen”.4 Его топонимическая концепция подробно рассматривалась в исследованиях И. Н. Смирнова, А. К. Матвеева.

А. М. Шёгрен в работе “Die Syrjänen” анализирует большое количество географических названий, выписанных из писцовых книг, официальных списков и частично собранных автором во время путешествий. Родиной коми А. М. Шёгрен считал верховья Камы, север Пермской губернии и Уральский хребет. На востоке коми селились до Сибири и были вытеснены югрой или смешались с ней. Западной границей ареала он считал р. Двину, само название реки связывал с коми вына “могучий, сильный”. Южную границу ареала расселения коми с малой долей уверенности А. М. Шёгрен доводил до г. Москва и считал это название коми по происхождению: из Mössku “коровья шкура”. Северную границу он проводил по Печоре до Пустозерска, который на языке коми называется Сардор (Sardor) “край моря”.

Несмотря на ряд неверных положений и ошибок, например, переоценка пермского компонента, А. М. Шёгрен своими работами положил начало научному изучению субстратной топонимии Севера.

Большое значение для изучения финно-угро-самодийских народов Европейского Севера и Сибири в этнографо-лингивистическом плане имели экспедиции М. А. Кастрена (1813–1852).5 Он был “определен на службу Академии наук в качестве путешественника-этнографа по северной экспедиции со всеми правами и преимуществом адъюнктов оной, со времени отправки в экспедицию до представления окончательного отчета” (Богораз 1927: 5).

М. А. Кастрен обследовал почти весь Север и всю Сибирь, собрал огромный материал, который из-за болезни и ранней смерти полностью обработать не успел. Все путевые очерки, записи, письма М. А. Кастрена содержат географические названия, которые тщательно собирались им на всем протяжении научных исследований. По возможности, М. А. Кастрен записывал и топонимические легенды. Отождествляя древнее население Севера с биармами, а последних с карелами и, используя топонимические данные, он доказал, что прибалтийско-финские племена жили когда-то не только по Северной Двине, но и по Мезени.

После смерти М. А. Кастрена его материалы были обработаны и изданы в 12 томах академиком А. А. Шифнером. Их значение огромно, ученые находят здесь богатейший топонимический материал, имеющий большое историческое значение (Агеева 1970: 673–680; Матвеев 1971: 9–10).

С середины XIX в. создавались специальные научные общества и учреждения, проводившие географические и этнографические исследования. В России первой такой организацией стало Русское географическое общество с отделением этнографии, которое с первых лет своего существования вело обширную экспедиционную, издательскую и просветительскую работу. Первым опытом самостоятельной деятельности Общества явилась Уральская экспедиция по определению границы между Европой и Азией на всем протяжении Урала. Экспедицию возглавил профессор минералогии и геологии Санкт-Петербургского университета Э. К. Гофман (1801–1871).6 Книга его вышла одновременно на немецком и русском языках, и являлось первым систематическим исследованием территории Пай-Хоя и Полярного Урала.

Топонимия в работе Э. К. Гофмана разнообразнее, чем у А. И. Шренка, как в территориальном плане, так и в языковом отношении. В книге Э. К. Гофмана имеются материалы для топонимического словаря Северного Урала (названия гор и рек), а также список нерусских географических терминов. Часть названий приведена параллельно на разных языках, например, коми Сабля-Из, ненецкое Саукка-Ур; коми Барабан-Из, мансийское Коип; коми Адзва, ненецкое Хирмор-Яга и др.

Своеобразным дополнением к работе Э. К. Гофмана можно считать исследование Д. Ф. Юрьева, одного из участников экспедиции (Юрьев 1852). Наряду с очень подробным описанием населенных мест, рек и горных хребтов Северного Урала, в книге приводится список географических терминов на хантыйском, мансийском, ненецком, коми и русском языках.

Интерес для исследователя топонимии представляет “Дневник” В. Н. Латкина (1809–1867),7 представляющий собой живой и увлекательный рассказ о его поездке на р. Печору в 1840 и 1843 гг. В “Дневнике” описываются многие села и деревни, в которых автор побывал, приводятся сведения об их местоположении, численности и составе населения, количестве домов, занятиях жителей, о состоянии местных церквей, о достопримечательностях. Владея коми языком, в отличие от других путешественников, В. Н. Латкин точно записывал названия сел и деревень, рек и озер, что дает ключ к разгадке многих географических названий бассейна р. Печора.

Русское географическое общество весьма активно содействовало осуществлению экспедиций для изучения финно-угорских народов. Одним из них была экспедиция Д. П. Европеуса, ученого с широкими научными интересами. Он занимался сравнительным финно-угроведением и фольклором, археологией и топонимией. В 1845–1854, 1872–1879 гг. Д. П. Европеус совершил 14 экспедиций к разным финно-угорским народам: в Карелию, на Двину, в Тверскую и Новгородскую губернии. Ученым написано более десяти топонимических работ и, кроме того, отдельные вопросы топонимии рассматриваются во многих его лингвистических работах.

В топонимических трудах Д. П. Европеуса8 могут быть выделены два основных направления: 1) топонимия Финляндии и Карелии; 2) топонимия русского Севера. Почти всю субстратную топонимию средней и северной России, а также Финляндии и северной Швеции он считал угорской, гидроформант -егда, -огда в некоторых названиях сравнивал с хантыйским и мансийским тагет, шагет ‘рукав, приток реки’. Название реки Вычегда Д. П. Европеус выводит из Вытшагет, что означало бы ‘водяной рукав; приток, изобилующий водою’. В гидроформантах -сора, -сара, -сар, -шера, -шира ученый выделяет коми шор ‘река’ (ср. коми шор ‘ручей’).

В 1860-х годах Русское географическое общество начинает издавать большой “Географическо-статистический словарь Российской империи” П. П. Семенова.9 В словарь вошли характеристики всех горных систем (даются некоторые названия холмов и вершин Урала), сведения о губерниях и городах, озерах, болотах и островах, мысах и порогах. Словарь содержит около 16000 местных описаний и кратких монографий по оригинальным источникам, из них более 100 статей посвящены коми названиям. Большого внимания заслуживает тот факт, что некоторые названия даются на разных языках, например, р. Колва, по-ненецки Тодш-яга или Точьяга; Сереговское, по-коми Серег-Ыб; Тельпос-Из, по-хантыйски Не-Пуби-Ур; Тима-Из, по-русски Тимофеев камень и тд. Словарь П. П. Семенова часто используется исследователями топонимии и в наше время, хотя не все указанные в нем сведения и попытки толкования географических названий заслуживают доверия. Можно сказать, что эта работа по охвату материала представляет наиболее полный труд по географии России того времени.

В 1878 г. при Казанском университете возникло Общество археологии, истории и этнографии. Основной задачей, которой было изучение районов Волго-Камского бассейна. В Обществе организовался ономастический кружок, в котором активно сотрудничали М. П. Веске, И. Н. Смирнов, Н. И. Андерсон и другие. Свои научные труды члены Общества издавали в “Известиях Общества археологии, истории и этнографии”.

Для коми топонимии особый интерес представляют работы известного этнографа, профессора всеобщей истории И. Н. Смирнова (1856–1904).10 Его работа “Пермяки” содержит интересный коми топонимический материал, несмотря на то, что исследование посвящено коми-пермякам. В основу исследований И. Н. Смирнова легли непосредственные наблюдения во время экспедиций, а также богатый архивный материал. Исследования И. Н. Смирнова, безусловно, являются ценным источником по коми топонимии и антропонимии, содержащим более 300 названий и имен, извлеченных из старых документов и собранных у местного населения. Некоторые выводы, например, пребывании карелов на Пинеге, угров на Вычегде и Печоре, о былом соседстве коми и саамов в бассейне Вычегды и Сухоны, заслуживают внимания.

Известный финно-угровед конца XIX в. М. П. Веске (1843–1890) издал работу “Славяно-финские культурные отношения”, в которой рассматриваются финские (преимущественно прибалтийско-финские) заимствования в русской диалектной лексике и русские слова в финских (прибалтийско-финских) языках. Этимологий в исследовании мало и не всегда они правильны, например, в названии р. Вымь-Емва он выделяет слово йэм ‘хвоя, игла’.

Профессор Казанского университета Н. И. Андерсон (1845–1905)11 занимался главным образом проблемой родства финно-угорских и индоевропейских языков. С коми топонимикой связана статья “Об этимологии названий Биармия, Пермь, пермяки, зыряне”, где автор отмечает, что встречающиеся в скандинавских сагах названия Biarma-land, Beormas и Биармия и Пермь в русских источниках соответствуют норвежско-лопарским Bärma, Biärma и имеют общее происхождение. По мнению Н. И. Андерсона, зыряне и пермяки могли получить свои названия по прежним жителям тех местностей.

В 1883 г. в г. Гельсингфорс (ныне Хельсинки, Финляндия) начала свою деятельность Финно-угорское общество, которое своей целью ставило изучение финно-угорских народов, в первую очередь их языков, этнографии и археологии. Ежегодно для сбора полевого материала и изучения родственных языков совершались экспедиции и научные командировки ко всем финно-угорским народам. На территории Коми края в разное время побывали финские языковеды Ю. Вихман и Т. Лехтисало, этнограф У. Т. Сирелиус.

Известный финский лингвист и этнограф А. Каннисто (1874–1943) на стипендию Финно-угорского общества совершил длительную экспедицию к обским уграм. В течение пяти лет (1901–1906) он жил среди манси, изучил все диалекты мансийского языка, записал большой фольклорный материал, собрал топонимию, затем сверил все названия по картам в архивах Тобольска, Перми и Екатеринбурга. Топонимике посвящена статья А. Каннисто о былом расселении манси (Kannisto 1927: 57–89). В ней исследуется распространение гидронимов с формантом (манс. я ‘река’), а также других названий на территории Архангельской, Тюменской, Свердловской областей и Коми Республики, которые можно объяснить на материале мансийского языка. Всего А. Каннисто рассматривает 262 названия с вариантами, этимологически их анализирует. Автор приводит 26 названий, которые он зафиксировал на территории Республики Коми в бассейнах рек Вычегды, Мезени и Печоры.

Значение работы А. Каннисто огромно в том, что он показывает возможности топонимии для лингвистических исследований и широком применении методов формантного анализа и топонимического картографирования.

В XIX в. было опубликовано несколько словарей, содержащих немало достоверных сведений о некоторых природных объектах Коми края. Огромный материал о губернских и уездных городах селениях и монастырях, о всех “знатнейших реках” содержит словарь П. Максимовича и А. Щекатова.12 Интересны в нем сведения о реках Вычегды, Печоры и г. Усть-Сысольск.

В начале XX в. топонимические исследования приобретают лингвистический характер. Среди первых исследователей следует назвать ученого, географа, картографа, историка, археолога, этнографа и экономиста И. Я. Кривощекова. Им была создана первая географическая карта отдельных уездов (Соликамского, Екатеринбургского, Верхотурского, Чердынского) Пермской губернии. К карте Соликамского уезда был приложен указатель, который явился началом серии географических статей по отдельным уездам. Следующие два словаря И. Кривощекова выходят в 1910 и 1914 гг. Они являлись продолжением предыдущих работ по изучению Пермского края. Во всех географических словарях Кривощекова содержится богатый материал по коми-пермяцкой топонимии. Продолжателем И. Я. Кривощекова в области изучения коми-пермяцких и субстратных географических названий Прикамья был А. Ф. Теплоухов.13 Ученый указывал, что в Прикамье и на смежной коми территории до коми обитало угорское население. Он приводит интересные гидронимические параллели, обнаруженные на территории современного проживания обских угров: оз. Синдор и Синтур, р. Кулом и Кулом-еган, Вымь и Вым в устье р. Иртыша, Визинга (коми Визин) и Визин-еган и Визим (приток реки Северной Сосьвы).

Среди работ зарубежных авторов особое внимание для топонимии имеют труды известного немецкого слависта М. Фасмера (1886–1962).14 Им написаны несколько работ о дорусской топонимии. На богатом топонимическом материале М. Фасмер пытается установить былое расселение пермских народов на Севере. Все пермские названия он подразделяет на определенные структурные и семантические типы по форматам: -шор (-шур) ‘ручей’, -ва ‘вода, река’, -вай ‘ветвь’ и т. д. При помощи современных коми и удмуртского языков этимологизируется довольно значительный материал.

Ко второй половине XX столетия топонимическая наука уже располагала значительным числом специальных трудов, в которых в той или иной степени рассматривались вопросы коми топонимии. Этот период связан с именами В. И. Лыткина, А. И. Попова, А. К. Матвеева, Б. А. Серебренникова.

В специальных топонимических статьях В. И. Лыткин обращает внимание на различное звучание названий одних и тех же географических объектов в соседних неродственных языках. Современная разница в произношении объясняется тем, что в одном из языков топонимы попали под воздействие определенного фонетического закона, в другом же языке звуки сохранились в более древнем виде. Такие топонимы служат важным источником для исторической фонетики (Лыткин 1966: 41–44; 1970: 193–200).

В топонимических работах А. И. Попова15 (1899–1973) приводятся ценные материалы из русских летописей и грамот, писцовых книг и древних актов. Ученый придерживается взгляда, что топонимия Севера восходит к различным финно-угорским и самодийским языкам. Некоторые топонимы, не объяснимые на материале современных финно-угорских языков, он относит к вымершему языку Заволоцкой Чуди. У А. И. Попова много интересных наблюдений над отдельными формантами (-ега, -ига, -ога, -уга, -юга, -га, -нга, -ма, -ша, -са, -кша, -кса), которые, по его мнению, не все имеют значение ‘вода, река’, многие из них могут содержать словообразовательные элементы.

Известный топонимист, профессор Уральского университета А. K. Матвеев в своих многочисленных работах собрал и обобщил огромный материал по субстратной топонимии Севера. Им подробно разработана своя методика опроса, которая не имеет аналогов в собирательской практике.

А. К. Матвеев известен и как организатор первой и единственной в истории отечественной вузовской науки Всероссийской студенческой научной конференции по ономастике и диалектной лексике, что по сути послужило началом творческого пути многих будущих ономастов и диалектологов. Почти целиком кафедра русского языка и общего языкознания Уральского университета, возглавляемая А. К. Матвеевым с 1961 года, состоит из его учеников. Это теперь уже известные исследователи М. Э. Рут, Г. В. Глинских, Т. Н. Дмитриева, Е. Л. Березович, М. Л. Гусельникова, Н. В. Кабинина и многие-многие другие.

По инициативе и под руководством А. К. Матвеева была создана первая в России учебно-научная топонимическая лаборатория — Севернорусская топонимическая экспедиция Уральского университета. Это по сути уникальное научное сообщество, освоившее огромные просторы Русского Севера и Урала, и накопившее миллионные картотеки полевых лексических и ономастических материалов, которые служат основой для целого ряда новых научных исследований.

Многочисленные экспедиции дали А. К. Матвееву огромный уникальный материал, для интерпретации которого необходимо было найти новые методы. Новаторская концепция, предложенная А. К. Матвеевым, превзошла все ожидания. Его закон семантической мотивированности топонимов, основанный на полевых материалах, достижениях ареальной лингвистики и строгом учете фонетических соответствий, отверг рассуждения о произвольности и непознаваемости причин возникновения географических названий.

Убедительность новой концепции А. К. Матвееву не раз пришлось отстаивать в бурных дискуссиях с коллегами, среди которых самой продолжительной и “горячей” была с Б. А. Серебренниковым. С появлением докторской диссертации “Русская топонимия финно-угорского происхождения на территории севера Европейской части СССР”, блестяще защищенной в 1970 году, споры улеглись. Субстратную топонимию А. К. Матвеев интерпретирует на материале прибалтийско-финских, саамского, волжских и пермских языков.

Интерес к проблеме взаимодействия русского с финно-угорскими языками ученый сохраняет на протяжении всей своей научной деятельности. Результатом многолетнего труда в этой области стали его научно-популярные книги и статьи: “Неройки караулят Урал. Путешествие в топонимию” (Свердловск, 1976), “Семь названий на карте Урала” (Свердловск, 1979), “Географические названия Урала. Краткий топонимический словарь” (Свердловск, 1980, 2-е издание 1987), “От Пай-Хоя до Мугоджар. Названия уральских хребтов и гор” (Свердловск, 1984), “Вершины каменного пояса” (Челябинск, 1990), “Вверх по реке забвения” (Свердловск, 1992) и другие. Во всех этих замечательных изданиях А. К. Матвеев рассматривает новый богатый топонимический материал. Автор ссылается на письменные источники и с успехом сопоставляет параллельные названия одних и тех же объектов, приводит легенды и предания, используя народную этимологию, рассматривает многие географические названия Республики Коми, особенно ее северо-восточной территории в бассейне реки Печоры и вдоль Уральского хребта.

Анализу коми топонимов А. К. Матвеев посвятил отдельные статьи: “Вашка и Вага” (1976); “Топонимические ареалы на -вей и -вожа на русском севере” (1965); “Топонимические типы Верхнего и Среднего Прикамья (О древнепермской топонимике, о гидронимах на -ва, -ай, -юг и о названиях населенных пунктов на -кор) — Отчеты Камской (Воткинской) археологической экспедиции” (1961), “Пермские элементы в субстратной топонимике Русского Севера” (1968).

В статье “Заимствования из пермских языков в русских говорах Северного и Среднего Урала” (1964) А. К. Матвеев подвергает анализу 73 несомненных и 33 сомнительных заимствования. Большинство заимствований, по его мнению, восходят к коми языкам и только незначительная часть — к удмуртскому. В статье “К этимологии коми-зыр. вис- (виск-)” (1974) термин вис “проток, соединяющий озеро с рекой; исток” ученый связывает с большой группой реликтовых слов Выкса, Векса, Икса, Икша, некогда существующих в ряде финно-угорских языков.

Большое внимание изучению топонимии Севера уделяет Б. А. Серебренников. Ученым написано более 20 статей по этой теме.16 По мнению Б. А. Серебренникова, север, включая и нынешнюю территорию Республики Коми, заселялся пришельцами из средней России — носителями волго-окской топонимии на -ма, -га, -ша (-жа), -са (-за), -та (-да), -ра. Позднее Север освоили угроидные племена, ранее обитавшие в Западной Сибири, которые создали названия на -ым, -им в Зауралье и Приуралье, гидронимию на -еньга, -ега, -анга, -онга, -юга, -юг, -уг на Севере и ассимилировали волго-окское население. В своих топонимических работах Б. А. Серебренников активно использует археологический и антропологический материал.

Системное исследование коми топонимии ведется с 1970 г. Написаны четыре кандидатские диссертации: Е. И. Овчинниковой “Коми топонимия в лексической системе русского языка” (Томск, 1970), А. И. Туркиным “Топонимия Нижней Вычегды” (Москва, 1971), З. П. Ануфриевой “Топонимия Ижмо-Печорского бассейна” (Сыктывкар, 1982), А. Г. Мусановым “Топонимия Верхнего Прилузья” (Йошкар-Ола, 2000). А. И. Туркиным защищена докторская диссертация на тему “Топонимия Коми АССР” (Москва, 1989). Опубликован ряд книг и статей.

В работе Е. И. Овчинниковой решаются следующие задачи: 1) описание коми топонимической системы, определение структуры и семантических типов коми топонимов; 2) установление соответствий топонимических систем коми и русского языков на различных языковых уровнях; 3) выявление закономерных путей адаптации коми топонимов в русском языке. В основном работа интересна.

Диссертация А. П. Ануфриевой посвящена изучению топонимии (в основном микротопонимии) бассейна р. Ижмы и средней Печоры с ее притоками. В языковом отношении эта территория относится к ижемскому диалекту коми языка, в административном — входит в Ижемский и Усинский районы. Автор работы определила лексико-семантические ряды коми топонимов, установила принципы номинации географических объектов, выделила диалектную, архическую и заимствованную лексику коми языка, сохранившуюся только в топонимии, топонимические пласты в исследуемом районе, определила формальную морфологическую структуру коми топонимов.

Бассейн р. Мезени в топонимическом плане изучал географ А. П. Афанасьев.17 Работы исследователя в основном построены на материале писцовых книг, на основе которых А. П. Афанасьев прослеживает пути формирования русской ойконимии в исследуемом бассейне и напоминают скорее историко-географическое исследование. Лингвистический анализ сведен к минимуму.

Кандидатская диссертация А. И. Туркина “Топонимия Нижней Вычегды” (Туркин 1971), которую он защитил в 1972 г. в Москве в Институте языкознания АН СССР под руководством известного финно-угроведа, профессора В. И. Лыткина, по существу явилась первым обобщающим трудом по коми топонимии. В ней были разработаны основы научного исследования коми топонимии, критически рассмотрены предыдущие работы по теме, установлены закономерности адаптации коми названий в русской топонимической системе, определены лексико-семантические типы коми топонимов, выявлена исчезнувшая и архаическая лексика коми языка, сохранившаяся только в топонимии, выделены этнолингвистические пласты.

После защиты кандидатской диссертации А. И. Туркин стал активно работать над созданием коми топонимических словарей. В 1977 году вышла в свет книга “Кöнi тэ олан?" (Туркин 1977), затем в 1981 г. “Краткий коми топонимический словарь” (Туркин 1981) и в 1986 г. “Топонимический словарь Коми АССР” (Туркин 1986). Если первая книга содержала несколько десятков этимологий Коми Республики, то в словарь 1981 года было включено около 250 названий, а издание 1986 года содержит уже 644 развернутые статьи. Бесспорно, эти издания Адольфа Ивановича Туркина относятся к числу научно-популярных работ, написаны просто и доходчиво, без терминологических и стилистических излишеств, поскольку адресованы широкому кругу читателей. В создании словарей автор проявляет себя и как прекрасный филолог и историк.

Адольф Иванович Туркин превосходно разбирался в области топонимии и, прежде всего, в сфере топонимической этимологии, умел тщательно и тонко анализировать языковой материал, он отличался особым лингвистическим чутьем, эрудицией, умением кропотливо работать. А. И. Туркин проследил развитие, т. е. фонетические, орфографические и другие изменения географических названий, которые происходили на протяжении пятисот и более лет. Автор ссылается на письменные источники и с успехом использует такой прием исследования, как сопоставление параллельных названий одних и тех же объектов.

В своих работах автор приводит легенды и предания, используя народную этимологию. В этом отношении показателен следующий пример: название горы Сабля (Сабляиз) восходит к ненецкому слову Саук-Пай, которое сначала проникло в мансийский язык в виде Саукка-Ур ‘острая гора’. А. И. Туркин утверждает, что из ненецкого языка оно проникло в коми или русский языки, но как непонятное саук, совак, савлюй было переиначено в Сабля. В таком виде название попало на карты и в справочники (Туркин 1986: 100). Не менее интересны легенды и предания о происхождении гидронимов и ойконимов Бöлбанъю, Кöчпель, Габов, Гаждор и т. п. В своих словарях А. И. Туркин дал богатый сравнительный материал из родственных языков и из языков соседствующих или соседствовавших в прошлом народов.

Известно, что современная территория Республики Коми на протяжении ряда тысячелетий была местом многочисленных и разнообразных контактов между сменявшими друг друга различными племенами и народами. Об этом свидетельствуют не только письменные источники, но и лексические, этнонимические и топонимические данные, на основании которых А. И. Туркин попытался решить проблему этногенеза народа коми в препринте “Этногенез народа коми по данным топонимии и лексики” (Туркин 1985). В этом издании автор четко выделил наряду с исконно коми названиями несколько этнических слоев — русский, ненецкий, обско-угорский, прибалтийско-финский (карело-вепсский) и саамский (древнесаамский), отдельно рассмотрел названия неизвестного происхождения, условно названного самим автором “западносибирским”.

Неоценимым вкладом в дальнейшее изучении коми топонимии было исследование большого теоретического и прикладного характера его докторская диссертация “Топонимия Коми АССР (лингвистический анализ)”, которую Туркин защитил в 1989 г. в Институте языкознания Академии наук СССР. Он исследовал многие вопросы формирования коми топонимической системы с использованием различных методов: сравнительно-исторического, сопоставительного, ареального, структурно-словообразовательного, этимологического, статисти­чес­ко­го, что позволило автору всесторонне проанализировать исконную и заимствованную топонимическую лексику, в отношении ее структуры, адаптации на фонетическом, морфологическом и семантическом уровнях.

Ценность докторской диссертации Адольфа Ивановича Туркина состоит еще и в том, что он привлек новый богатый языковой материал, собранный им лично в экспедициях в 109 населенных пунктах Республики Коми.

Большой интерес для теоретического языкознания представляют проанализированные автором лингвистические заимствования. Опираясь на антропологические, топонимические и исторические данные, А. И. Туркин сделал небезуспешную попытку охарактеризовать на основе топонимического материала и лексических заимствований вилегодско-вычегодский (район Нижней Вычегды) и пинежский (верховья реки Пинеги) диалекты коми-зырянского языка, которые исчезли в конце XVII века. Они занимали территорию от устья реки Вычегды вверх по течению до села Межöг и представляли собой переходные диалекты: первый (вилегодско-вычегодский) имел общие черты с современными диалектами коми-зырянского языка: нижневычегодским, лузско-летским и со смежным удорским, а второй относился к эловым диалектам. Для определения статуса этих диалектов А. И. Туркин привлек комплекс различителей (вокалические и консонантные признаки диалектов, грамматику, лексику и др.). Такая группировка действительно соответствует исторически сложившейся конфигурации разнотипных говоров данного бассейна.

Особую ценность в диссертации представляет приложение “Топонимический словарь Коми АССР” (Туркин 1986) объёмом в триста одиннадцать страниц, содержащее более тысячи географических названий.

А. И. Туркин своими топонимическими исследованиями создал новое направление в коми языкознании. Не будет преувеличением сказать, что его работы занимают достойное место среди книг по региональной топонимике, способствующих развитию собственно научных методов в этой отрасли, а также являются той методологической базой, на основе которой строятся новые концепции исследования коми топонимии XXI в.

Диссертация А. Г. Мусанова “Топонимия Верхнего Прилузья” посвящена анализу географических названий Прилузского района Республики Коми. В работе впервые рассмотрены топонимы с точки зрения их происхождения и в связи с историческими условиями жизни населения края, проведен структурно-словообразовательный анализ географических названий с определением продуктивных моделей образования коми топонимов, осуществлен семантический анализ топонимов, описаны фонетические явления (уподобление; выпадение согласного т из сочетаний -ст, -сьт, -шт; употребление фрикативного зь вместо дз; выпадение гласных и, у, ы, ö из последнего слога основы перед суффиксами, начинающимися с гласного звука; перестановка согласных и т. д.) и лексические единицы (например, пач, курлага, кожа, кöнöму, лабдовник, ташкыр и т. д.) как в самостоятельном употреблении, так и в составе топонимов. Работа интересна еще и тем, что автор приводит огромный уникальный материал.

В настоящее время топонимическая работа осуществляется в отделе языка Института языка, литературы и истории Коми научного центра Уральского отделения Российской академии наук. В 2000 г. создана Коми топонимическая экспедиция (руководитель А. Г. Мусанов), первоочередной задачей которой является сбор и фиксация полевого топонимического материала со всей территории Республики Коми и занесение его в компьютер для дальнейшей обработки по специальной программе, позволяющей быстро и качественно получить любую топонимическую информацию.



следующая страница >>