uzluga.ru
добавить свой файл
1
Александровская Слобода – село Александро-Слободского сельского поселения, расположено на левом берегу реки Зай (Ирня), на автодороге Зай – Ал. Слобода-Бухарай, в 16 км от ж.д. станции Заинск.

Основано во второй половине XVIII века выходцами из Казанской и Вятской губерний. Разные устные источники утверждают, что первоначально в селе жили русские и татары. Основание слободы связано со строительством Закамской оборонительной черты (1652 – 1956) и защитой ее рубежей. Для охраны границ требовались служилые люди. Правительство обращало в конные казаки пашенных крестьян и селило их по границам в отдельных слободах. Слободами в XII – XVIII вв. на Руси называли большей частью военные поселения недалеко от города-крепости (в данном случае от Заинска), жители которых пользовались определенной свободой, в частности освобождались от налогов и повинностей, были лично свободными.

По указу Правительствующего Сената от 27 декабря 1736 года Ал. Слобода становится одним из мест заселения отставных унтер-офицеров и лейб-гвардейцев. К 1767 году в Слободе насчитывалось уже 61 двор из отставных с населением 214 человек.

В 1769 году село посетила экспедиция Петербургской академии наук под руководством капитана Рычкова, который оставил свои «Дневники».В период крестьянской войны под предводительством Е. Пугачева (1773-1775) Ал. Слобода была местом сосредоточения восставших крестьян. К ним присоединилась часть отставных солдат, в их числе М.Т. Голев – унтер-офицер, служивший в гвардии императоров Петра III и Екатерины II. Впоследствии бывший унтер-офицер встретился под Оренбургом с Е.И. Пугачевым. Был объявлен атаманом и до конца дней своих верно служил крестьянскому царю.

В 1814 году в селе «усердием прихожан» выстроена каменная церковь в честь Рождества Христова и во имя святого благоверного князя Александра Невского. Вероятно, имя новгородского князя связано с названием села.

На 1870 год в Ал. Слободе значилась мельница водяная, земское смешанное училище. В 1883 году в нем обучалось 44 учащихся, в том числе 9 девочек. Учитель – Иванов Николай Сысоевич, законоучитель – отец Фелицин.

По первой всеобщей переписи населения Российской империи 1897 года зарегистрировано уже 1628 человек, в т.ч. детей до 9 лет – 478.

Основным занятием крестьян было земледелие, скотоводство, пчеловодство. Накануне революции 1917 года крестьянам принадлежало на правах частной собственности 3513 десятин (1 дес. – 1,09 га) земли различного назначения. В среднем на семью приходилось 12 десятин.

Из 293 хозяйств 36 были безлошадными, 248 – одно-двухлошадными, 9 крестьянских дворов имели по 3 и более лошадей. Переписью зарегистрировано 3111 голов скота и 732 пчелосемьи. На территории Александровского сельского общества располагалось крупное частновладельческое хозяйство Л.В. Хитрово. Ей принадлежали сенокосные угодья, 149 десятин строевого леса, а всего 1200 десятин земли. 54 хозяйства Слободы совмещали земледелие с кустарными промыслами: шили сапоги, валяли валенки, обжигали горшки. В статистике упоминаются бондари, столяры, кузнецы и т.д.

 

Из «Дневных записок» капитана Н. Рычкова.


 «Не доезжая до пригорода Заинска находилась изрядная слобода отставными из гвардии населенная. Она называется Александровскою и стоит на берегу реки Ирни, впадающей в реку Зай. Обывательских дворов в ней более ста и жители упражняются в хлебопашестве и скотоводстве».

Ее первыми жителями были выходцы из-под Казани и Вятской губернии. А в 30-х годах XVIII века слобода была определена под заселение отставных из гвардии, служивших при дворе русских императоров. Так, отставной гвардии-фурьер М.Т. Голев в начале 60-х годов XVIII века слу-жил в гвардии в Петербурге при Петре III и Екатерине II.

Но войдем вслед за капитаном Рычковым во двор отставного гвардейского унтер-офицера Ерофея Варганова и посмотрим, говоря современным языком, каковы были жилищно-бытовые условия у наших прадедов. Дом имел двухскатную крышу, крытую дранником. Фасад его имел самцовую конструкцию, т.е. рубился из бревен до самого конька. На улицу выходили два окна, затянутых бычьим пузырем, и одно окно под самым коньком. Это волоковое окно, через которое выходил дым. В то время печи ложились по-черному (без трубы). После топки волоковое окно задвигалось досками для сохранения тепла.

Во дворе раскинулись хозяйственные постройки: клеть, амбар, сарай и конюшня. В стороне от строений была сооружена летняя печь, а далее – овин, гумно и на самом берегу Ирни мыльня (баня). В огороде с многочисленным выродком хлопотала крепко сбитая жена Ерофея – Варвара, осуществляя на практике агротехмероприятия, то бишь полола грядки репы и моркови. Что ни говори, а хлеб бывшим гвардейцам доставался в поте лица своего.

В избе полумрак, хотя на дворе стоял ясный солнечный день – 29 мая 1769 года. Стены от копоти черные. Пол как пол. Но потолка не было. Проглядывали стропила, покрытые плотным слоем бересты. Потолки стали появляться только в конце XVIII – начале XIX веков. Справа курная печь, рядом – лежанка с горкой перин, подушек и дерюг. В красном углу стояли стол и лавки, а рядом – замысловатой конструкции светец с заправленной на нем лучиной. Перед образами мерцала медная лампада. Пахло деревянным маслом. На лавке у печи стояли с водой деревянные ведра, на полу – лохань для помоев, а в углу – полный набор орудий для топки печи и приготовления пищи. Это неприкосновенный женский инвентарь, олицетворяющий символ хозяйки дома. В кругу этой стихии стояла мать унтер-офицера – Ефимия, по-деревенски просто Варганиха.